Сборами командовал не молодой мужчина в простом, но сделанном из дорогих тканей дорожном костюме. Как бы он ни старался двигаться лениво и важно, подражая богачам по крови, Корэр при первом же взгляде распознал в нём воина да при том не простого наёмника, а выученного солдата, уж слишком точны были его жесты и звучен голос.
Вокруг мужчины суетилась прислуга, потому ария предположил, что он не просто распорядитель, а хозяин добра и возможный наниматель.
Подле мужчины стоял Янь, и что-то оживлённо рассказывал. Теперь вчерашний знакомец был одет куда чище и совсем не походил на беспробудного пьяницу. Когда Корэр подошёл ближе, именно пьянчуга заметил его первым. Обернувшись его собеседник недоверчиво смерил Корэра подозрительные взглядом и усмехаясь обратился к Яню:
— Так это твой заморский колдун?
Подойдя ближе к Корэру он похлопал арию по плечу, заставив опасливо отстраниться, и всё тем же насмешливым тоном заговорил уже с ним:
— Какой-то ты низкий, горец что ли? Нет, они сложены плотнее да и сами смуглее. Может из таких холодных краёв где под тёплыми шкурами кожа света дневного не видит? Да и глазищи у тебя холоднее льда, точно колдун. И откуда вы такие глазастые берётесь? Но тогда слишком уж ты тощий. Тощий и мелкий, уж ни малой ты? Сколько тебе?
— Семнадцать, — спокойно ответил Корэр, продолжая внимательно следить за каждым движением бывшего вояки.
Мужчина удивлённо поднял брови, вновь похлопав Корэра по плечу, от чего тот вновь отстранился, проговорил:
— Ну если не врёшь, и правда в таком возрасте когда уже семью заводить можно, то покажи ка своё мастерство.
— Я воин, а не скоморох.
Мужчина недовольно поморщился, отвернувшись, отправился к тому месту, где стоял ранее. Неожиданно, стремительным движением, он выхватил один из ножичков Яня, заткнутых за пояс и не оборачиваясь метнул тот точно в середину груди Корэра.
Ария, поймав нож на лету, спокойно протянул его хозяину, бояться было нечего: оружие из столь мягкого металла, какой использовали здесь, никак бы не смогло прорезать ткань перчаток вытканную с изнанки имперским золотом.
Увидев это, наниматель расхохотался:
— Забавный ты малый! Ладно, я привык доверять этому обалдую, — он указал на Яня, — ты принят, будешь получать по золотушке в день, с меня ещё еда и оплата ночлега, с тебя, готовность до последнего вздоха защищать меня и мой товар.
Корэр тут же возмутился:
— Вы собираетесь платить мне как простому рубаке, я воин обученные сражениям с малых ходов и лично участвовавший в нескольких войнах, одна из которых решала судьбы миров.
— И когда только успел? Оруженосцем что ли был? — скептически поинтересовался мужчина. — Ладно, три золотушки за день — столько я плачу своим приближённым Яню и Ре́моку — и оплата когда доезжаем до ближайшего населённого пункта.
— Как вижу у вас маги на дороге валяются, — продолжил набивать себе цену Корэр.
Мужчина, недовольно поморщившись поинтересовался, сколько же колдун хочет за свои услуги, на что Корэр ответил:
— Минимум шесть золотушек в день.
— Да ты меня обанкротить хочешь?! Ну раз ты такой хороший маг, то золотушка в день и плюс по ещё одной за каждого убитого тобой противника.
Корэр удовлетворённо кивнул и мужчина протянул ему руку чтобы пожать в знак заключения договора, ария неохотно ответил тем же, после чего наниматель наконец представился:
— Зови меня Смо́рок.
— Корэр.
Сморок предлагал Корэру выдать аванс чтобы тот купил себе ездового, но Корэр наотрез отказался, заявив:
— Я на эту вонючую скотину не сяду, пешком пойду, привычен, — он тут же припомнил как ещё до появления Ар, брат забросил его в какой-то из окаянных миров, задав лишь направление, и пригрозил что если остановится или решит полететь — открутит голову, а потом приделает на место и отправит в местечко менее приятное. По началу наивный Корэр считал, что если уж он ария, то голод и усталость ему не грозят, но очень скоро понял, как же глубоко ошибался.
Сморок, вновь оценивающе оглядев Корэра, усадил того в повозку, с опущенным пологом, на большой сундук, предупредив:
— За него задницей отвечаешь!
В первый же день пути Корэр сумел доказать, что его наняли не зря.
С совершенно равнодушным лицом он вытащил Вихрь из ножен, принявшись его натирать, никто из чуть меньше чем тринадцатка наёмников не обратил на этого особого внимания, а через какое-то время Корэр, соскочив на ходу с телеги, подошёл к Смороку, ехавшему немного впереди телеги, и указав в направлении ближайшего проле́ска сообщил:
— Там сидело двое любопытных, может, конечно, грибники или охотники, но слишком уж пристально за дорогой следили. А дальше в лесу небольшой лагерь, голов так на сорок вместе с ездовыми.
Сморок, недоверчиво взглянув на Корора, поинтересовался:
— С чего бы мне тебе верить? Может денег себе выбиваешь или там сидят твои дружки и окажется там совсем не сорок голов.
— Можете мне не верить, — равнодушно ответил Хафэр, уже возвращаясь на место.
