Кто же мог такое сотворить. Кто? Как?? И главное – зачем? Флюра ведь не зря звалась “наставницей”: по силе, проницательности и изобретательности ей до сих пор не нашлось равных среди молодых поколений, среди новых воспитанниц тем более. Никого… Как же это так.
– Чай будешь? – Саша вынырнул из-за спины, деловито налил в чайник воды и щёлкнул рычажком.
– Что?
Чайник тоже был флюрин любимый: сквозь фиолетовое прозрачное стекло было видно, как снизу поднимаются пузырьки воздуха в светящейся воде. “Это мой хрустальный шар и свет-мой-зеркальце” любила подшучивать наставница. Соня уставилась на него завороженно и замерла.
– Флюра говорит, нет ничего лучше, чем чашка горячего облепихового чая. Хуже точно не будет. Знаешь, где заварка?
– Ах, да… сейчас-сейчас.
Физические действия отвлекли, девушка зашарила по шкафчикам, нашла чёрный чай и банку облепихи, заодно вытащила красивые чашки с блюдечками, сливки.
– Слушай, а можешь ещё помочь с едой, – вынырнул из холодильника Саша.
– В смысле?
– Ну, я плохо готовлю, если начну – то всю кухню спалю, а она такая красивая, – непривычно многословно начал объяснять тот.
Спорить сил уже не было, в груди поселилась чёрная пустота: заполнить её каким-нибудь рецептами, и то хлеб.
– Как думаешь, Флюра не ум… выживет? – помешивая кашу, озвучила наконец главную мысль девушка.
– Должна, – уверенно ответил Саша, – завтра сходим в больницу и поспрашиваем врачей. Посмотрим на неё. Я только в кино видел коматозное состояние.
– Что? – Соне показалось, что она ослышалась.
– Ну, своими глазами увижу, может что понятнее станет.
– Ты совсем за неё не переживаешь? Как ты можешь такое говорить?
Собеседник ощутимо смутился, было видно, как он плотно сжимает губы, чтобы не сболтнуть чего лишнего. И ничего не спросил.
Дальше разговор не заладился. Ели в тишине, поэтому громкий глухой звук от упавшего предмета всполошил их сильно и резко.
– Это в маленькой комнате, – подскочила девушка, моментально вычислив источник звука.
Саша уже, – когда только успел, сидел ведь с дальней от двери стороны стола, – выскочил в коридор и быстрее неё оказался в дальней комнате.
– А кто это тут у нас? – со странной интонацией произнёс он куда-то во тьму.
– Свет включи, выключатель слева, – подсказала девушка, не понимая, что он имеет в виду.
Она отлично знала расположение мебели и предметов, часто бывала у наставницы, пару раз даже оставалась на ночь, но идти в тёмную комнату, в которой что-то только что с оглушительным грохотом рухнуло, было страшновато.
– Да вон же она, я её вижу, – парнишка проследил глазами и шагнул во тьму.
Что-то чёрной молнией метнулось между ними, девушка завизжала, а Саша просто опустился на корточки и словно из воздуха выхватил, – а скорее всего просто поймал и удержал, – чёрную кошку.
– Это кто тут у нас? – повторил он, почёсывая гостье за ушком. – Это кто тут нас такой быстрый? Молока хочешь? А чего лапки такие грязные? Пошли помоем. Умываться перед едой обязательно.
– У Флюры нет кошек.
– Да? – парнишка посмотрел на неё снизу вверх со странным выражением: то ли удивлённо, то ли недоверчиво, затем на кошку, но так из рук и не выпустил.
– Надо выяснить, откуда она тут взялась.
– Ааа, ну посмотри-посмотри, а я за молоком, – поднялся тот и зашагал по коридору, наглаживая нарушителя порядка.
– Кхм.
– Что?
– А не мог бы ты мне сначала свет включить в комнате?
Соня нерешительно стояла перед тёмной комнатой и мысленно ругала советских архитекторов, которые ставили выключатели куда придётся, иногда чуть ли не на другом конце комнаты. “И хорошо, если не в шкафу”, некстати вспомнила она Задорнова.
– А? – озадаченно развернулся тот.
– Мне страшно, – призналась девушка после долгого молчания, – а вдруг там кто-то ещё есть.
– Нет там больше никого, я посмотрел, – с абсолютной уверенностью ответил тот, но всё-таки вернулся и щелкнул выключателем.
– Что за! – вырвалось у Сони, стоило свету загореться.
Окно на противоположной стороне было плохо видно от растений, плотно-плотно занимающих весь широченный подоконник. Флюра многое из магического арсенала предпочитала выращивать дома, “чтобы не бегать потом как безголовая курица по аптекам и базарам”, говаривала она, убеждая ученицу завести свой собственный аптекарский огородик на балконе. И теперь всё это хозяйство оказалось раскидано и разрыто. Огромная форточка была распахнута, тюль трепыхался на ветру, а весь пол и край дивана у примыкающей стены были устряпаны землёй и земляными следами.
– Так вот где ты лапки испачкала, – догадался Саша. – Ай-яй-яй!
– Это надо убрать, Флюра рассердится… – начала Соня и резко замолчала.
– Смотри, она ещё какой-то цветок вырвала, – ткнул спутник пальцем. – Прямо с корнями. Надо посадить.
После осмотра они нашли четыре раскуроченных горшка у дивана на полу и несколько измятых кустов, всё, что удержалось на подоконнике, более-менее исправилось обычной лопаточкой. То ли кошка жёстко приземлилась, то ли упорно цеплялась за них, боясь свалиться, а в итоге уронила вообще всё сбоку.