Когда начальник рации включил прожектор, Ваня среагировал мгновенно: бегом побежал мне на помощь, при этом орал на негров и колотил на ходу трубой по леерам.
Оглянувшись инстинктивно на крик, я увидел третьего негра у себя за спиной, тоже с занесённым ножом в руке.
В следующее мгновение я почувствовал, что лечу по воздуху за борт. Это мускулистые черные ребята просто мгновенно схватили меня и перекинули за борт. Что для этих головорезов значили мои 75 кг! Лететь до воды было метров 6—7. Упал в темную воду. Не успел вынырнуть, как услышал рядом со мной шум падающих в воду тел. Это негры попрыгали за борт вслед за мной. Чьи-то сильные руки подхватили меня из воды, и через секунду я лежал на дне пироги со связанными руками и ногами, а во рту у меня оказалась толстая веревка, завязанная вокруг головы на затылке. Всё это было проделано с молниеносной скоростью. Видно было, что мои черные приятели поднаторели в этом ремесле. Пирога уже неслась на всех парах в темноту.
Я откашлялся как мог от воды и стал прислушиваться, что происходит на пароходе.
Буквально через считанные секунды на «Красноводске» раздался звонок громкого боя и по трансляции голос начальника рации закричал: «Общесудовая тревога! Человек за бортом!». Ещё через несколько секунд послышался скрип шлюпочных талей – это моряки спускали на воду мотобот.
Тут у меня возникли опасения, что они по запарке стали спускать мотобот с левого борта, а там, я знал, аккумулятор не заряжен, мотобот не заведётся. Но старпом это тоже знал. Ещё в воздухе заработал двигатель мотобота и затем шлепок днищем о воду. Моряки пустились за нами в погоню.
Негры молча гребли каждый своим веслом, стоя на одном колене. Тяжело дышали. Их было в лодке 6 человек, вёсел всего 4. Но у них всё было отработано: они стали меняться через каждую минуту и по очереди отдыхали.
Слышно было, как мотобот набирает скорость. Но тут я понял по звуку выхлопа, что они пошли не за нами, а в сторону города. Выхлопная труба у мотобота находится на уровне воды с правого борта и когда они повернули вправо, стало плохо слышно выхлоп двигателя. Невольно подумалось: «Ну всё! Тебе хана, Володя! Они что, такие тупые? Думают, что меня негры повезут кушать в город?». Но через несколько секунд моряки сообразили, что, действительно, глупо кушать белого человека на городской набережной, и что пирога пойдёт вдоль берега в тёмные джунгли, и повернули в нужном направлении. Выхлоп двигателя опять стал слышен. Ну молодцы, думаю, быстро сообразили.
Негры, конечно, здоровые ребята, но соревноваться с дизелем даже им трудно. Минут через несколько стало слышно, что мотобот быстро приближается. К тому же наши моряки включили маленький прожектор, который был установлен на носу мотобота, и шарили им в темноте по курсу.
Неграм стало ясно, что теперь настала их очередь думать о своей шкуре. Представляю, что сделали бы с ними наши моряки, если бы догнали!
Но чёрные хлопцы не стали дожидаться этой трогательной встречи. Перекинувшись двумя словами на родном наречии, они быстренько сняли с моей головы толстую верёвку и выбросили меня за борт, даже не попрощавшись. При этом развязать мне руки и ноги почему-то забыли. Может быть, просто сильно спешили.
Ну, плавать я могу и с завязанными руками. Вынырнул на поверхность, немного подрабатываю ногами. Жду, когда приблизится мотобот. Лишь бы не проскочили мимо, а то долго я так не протяну. К тому же в заливе полно акул. И ночь – это у них излюбленное время кормления. Ещё неизвестно, что лучше: погибнуть от ножа людоеда или в зубах акулы.
Так, похоже, мотобот пройдёт в метрах пятидесяти от меня. Кричать бесполезно. За грохотом дизеля они меня всё равно не услышат.
И тут кому-то из моряков пришла в голову удачная мысль – заглушить на несколько секунд дизель и послушать, что делается вокруг. Мотобот остановился в 50 метрах от меня и заглушил двигатель. Я не поверил своему счастью и заорал, что было сил: «Эй, ребята! Я здесь!» Они услышали, радостно заголосили в ответ. Мотобот снова завёлся и пошел на звук ко мне.
Дальше уже было не так интересно. Вытащили меня ребята на борт, развязали, убедились, что я цел. Старпом тяжело вздыхал и качал головой, отходил от стресса. Ребята были рады меня видеть. А как я был рад! Но мне тогда казалось, что стыдно выражать буйную радость по поводу своего собственного спасения. Поэтому я старался сдерживаться, только сказал: «Вот вы молодцы, спасибо! Поехали домой!».
