А что? Найти себе работу где-нибудь на Черном море, поближе к пляжам с пальмами и девушкам. Принять под командование небольшой белый пароходик с голубой каёмочкой. Такая интересная мысль почему-то раньше не приходила мне в голову. Это, наверное, Аллах меня надоумил здесь под сирийским небом.
Так на ночной проселочной дороге между Латакией и Баниасом я решил изменить свою непростую судьбу в сторону улучшения.
От таких свежих мыслей стало уже не так грустно. Раз решение принято – надо его выполнять. Первое, что предстоит сделать в этом направлении – выбраться живым из Сирии. Я тут же стал в уме прикидывать варианты спасения в направлении Черного моря, если «Красноводск» уйдет без меня.
В Баниасе Махмуд быстро нашел нужный нам дом. Красивое здание в два этажа, ухоженный дворик за ажурным забором и, конечно, полное затемнение.
Здесь опять повторился штурм калитки, теперь уже объединенными советско-сирийскими силами. Через несколько минут калитка приоткрылась и высунулась седая голова старого перепуганного слуги. Махмауд его быстро успокоил. Пока они беседовали, из темноты сада появилась молодая женщина в розовом пеньюаре, очень красивая и ухоженная. Махмуд объяснился с ней и она сказала, что её любовника сегодня здесь нет и где его искать она не знает. Неуловимый какой-то герой-любовник!
Узнав, что мы приехали ночью на мотоцикле из Латакии, девушка почему-то весело рассмеялась. Ей это показалось смешно. Она качала головой и выражение её лица можно было перевести так: «Ну вы даёте!».
А мне было не до смеха. От приглашения зайти и выпить кофе я категорически отказался. Какой тут кофе в 2 часа ночи у чужой любовницы, посреди воюющей Сирии, когда через 2 часа шлюпка уйдет и сам я, может быть, навсегда останусь сирийцем.
Мы попрощались и сели с Махмудом на нашего верного механического коня. Про себя я отметил, что любовница агента живет богато: свой хороший дом, слуга, выглядит весело. Совсем не так, как его законные жены на четвёртом этаже.
Теми же дорогами поехали обратно в Латакию, в знакомый игорный клуб. Поглядев на часы, я понял, что шансов успеть в порт к 4.00 у меня уже почти нет. То есть, можно успеть, если ехать прямо в порт и не заезжать в игорный клуб. Но это будет означать, что я не выполнил приказ. Я так не привык. Пока не выполнишь приказ – о себе забудь. Едем к шефу в ресторан, а там, как Аллах пошлет.
По дороге стал серьезно обдумывать варианты, как выбраться из этой гостеприимной страны на родину. Можно, конечно, попробовать добраться в Багдад и пойти в наше посольство. Но это вряд ли удастся: документов у меня нет, языка не знаю, тут все воюют между собой. Шансов мало.
Через Турцию пробраться тоже сложно. Нужно много денег. Опять же переходить границу без паспорта – это верный лагерь для интернированных. А мне там будет скучно. К тому же, как объяснить туркам, почему и с какого парохода я сошел. То, что я с нашей эскадры, говорить нельзя. Турция – член НАТО. Я стану для них просто источником информации. Это все равно, что добровольно сдаться в плен врагу.
Есть, конечно, еще один вариант – пробраться в Тартус и где-то там дождаться захода нашего военного корабля. Но это тоже вилами по воде: наши заходят туда очень редко. Картина получалась невеселая. Черное море и белый пароходик с голубой каёмкой отодвигались далеко за горизонт, но при этом становились все роднее и желаннее.
В Латакии подъехали к знакомому игорному дому. Теперь уже без всяких церемоний мэтр провел меня в ресторан. Арабы-богачи все так же чинно сидели в своем кабинете на коврах, посверкивая бриллиантами. Приветливо меня встретили и опять пытались напоить и накормить.
Но я сидел как на иголках. Показал шефу на часы и объяснил, что если вовремя не буду в порту, то им придется долго, до самой смерти, меня кормить и поить. Ну, может быть, полгода – это в лучшем случае.
На это шеф рассмеялся и успокоил меня: он с удовольствием возьмет меня судовым агентом в свою контору. А что, английский ты знаешь, сам моряк, такие нам нужны! Потом уже серьезно спрашивает меня: «Скажи, Владимир, ты мне веришь? Я внушаю тебе доверие?».
Я чуть не рассмеялся. Обвел рукой все это ресторанное великолепие и его компанию с бриллиантами и ответил уверенно: «Как можно не доверять такому человеку! Конечно, доверяю вам, Аллах видит!» – при этом коснулся правой рукой лба, подбородка и груди. Арабам это так понравилось, что они от души весело рассмеялись, отбросив всякие восточные условности.
Тогда шеф вытаскивает из своего портфеля бланки документов, печать и говорит, что, поскольку мы с тобой уважаемые люди и доверяем друг другу на слово, то мы сейчас на бланках поставим свои печати и подписи. А потом, в море, на судне, вы составите по накладным список полученных товаров, заполните этот бланк и радиограммой передадите мне этот список в офис. Он, соответственно, по радиограмме заполнит свой бланк и выставит счет на оплату.
