Адмирал небезосновательно считал противолодочную составляющую в боевой номенклатуре советских кораблей наиболее сильной (отсюда и собственная классификация – БПК), вместе с тем всецело и со всей серьёзностью принимая достоинства малошумности дизельных ПЛ, состоящих на вооружении пакистанских ВМФ. Французской постройки, кстати.
Ко всему никто не отменял условно вероятного скрытого присутствия американских субмарин. Что аналитиками из разведки пока никак не подтверждалось… В этом далеко не простом вопросе были задействованы все средства, и штабистам контр-адмиралу очень хотелось верить. Некоторое время у него оставалось подозрение, что за группой «Минск» могла увязаться обязательно входящая в состав ТG-60 (авианосец «Саратога») атомная субмарина. Однако якобы именно её как раз и видели, как и положено в надводном положении, на выходе из Малаккского пролива в Южно-Китайское море, даже опознав по бортовому номеру: SSN-695 «Бирмингем», тип «Лос-Анджелес».
В целом он считал, что меры по «обрубанию хвостов» на переходе им принимались самые тщательные.
Тем не менее появление штатовских АПЛ ожидали в ближайшие сутки. Это уж точно! Согласно поступившим данным от группировки советских кораблей в зоне Персидского залива: «резко возросла активность в радиоэфире внутри сети корабельного состава сил НАТО, фиксируются передислокации и очевидно выдвижение каких-то боевых единиц из Оманского залива в Аравийское море».
– То есть, – говорил Паромов, собрав старших офицеров на флагманском КП, – перекрыть водные районы мы можем лишь тактически, особенно с такими переменными, как неочевидные данные по дислокации чужих ПЛ. Полный наш контроль над акваторией вскоре будет тем более оспорим, учитывая, что вмешательство третьей стороны произойдёт обязательно. Вряд ли это окажутся англичане, хотя их корабли также были замечены разведкой. В первую очередь ждём силы флота США. И В-52 непросто так прилетали.
Просчитывая разнообразные сценарии инцидента на афгано-пакистанской границе, адмирал сам, и без подсказок московских стратегов и политиков, вполне допускал ввязывание в конфликт вооружённых сил Индии. Не только на суше, но и на море они с радостью разберутся с двумя устаревшими пакистанскими фрегатами, что видны на горизонте. Не оставят без внимания и вражеские субмарины.
Какова же будет реакция всех других заинтересованных сторон, в том числе нейтральных, он представлял образно. Но в первую очередь должен был думать о главных антагонистах – США.
«Вмешаются или нет, когда мы тут? Напрямую против нас – нет, но ведь случайность боевого столкновения всегда сохраняется. Особенно если учесть, что в составе ВМС Индии наличествуют подводные лодки советского производства, с теми же характеристиками шумов. Поди, отличи под толщей воды – чья?!»
Исходя из данной оценки обстановки, построение своих сил командующий 8-й ОпЭск конфигурировал в две оперативные группы, действующие на невизуальных дистанциях, как бы независимо друг от друга, однако маневрирующие в радиусе взаимной поддержки. Все корабли эскадры, а также палубная авиация объединялись в единую сеть, позволяющую обмениваться тактической информацией.
Флагманский ТАВКР «Минск», обрамляясь эскортом, осуществляющим непосредственную задачу ПЛО и ПВО, оставался в заданном квадрате, проводя комплексные учения с индусскими партнёрами. Которые помимо кораблей задействовали авиацию – палубные самолёты с авианосца «Vikrant»[194]. Это уже было интересно, так как в состав авиакрыла входили закупленные в Англии «Си Харриеры».
Между прочим, стоит отметить, что взлётно-посадочные мероприятия советских «палубников» на «Викранте» в принципе не рассматривались. Зато представители индийских ВВС неожиданно пожелали испытать новый «Як» в условиях высокогорья, предложив посетить авиабазу Удхампур.
Советская сторона, признаться, немного замешкалась от такого предложения, но обещала вскорости рассмотреть вопрос, сославшись отсрочкой на необходимость консультаций с вышестоящим руководством.
На самом деле тянули время, ожидая результатов – как пройдёт операция «Бадабер», не возникнет ли кризис в отношениях с Пакистаном?.. Авиабаза Удхампур находилась слишком близко от границы.
Однако в Минобороны неожиданно сработали какие-то винтики – вмешалось 10-е Управление Генштаба, отвечающее за международное сотрудничество в военно-технической сфере (экспортные дела).
Разрешение на перелёт одной машины было дано, правда, на авиабазу «Ханза» на юге Индии, с условием неприсутствия на территории английских инструкторов… (там в том числе дислоцировалась 551-я учебнобоевая эскадрилья, осваивающая британские «Харриеры»).
Причины такой просьбы были обоснованы.
Индийцы отнеслись с пониманием.
Противолодочный крейсер «Москва» и два приданных ему корабля эскорта были сориентированы на западные и юго-западные румбы. Такая позиция задавалась не столько исходя из общей оперативной задачи эскадры, сколько определяясь представлением, с каких направлений появятся натовские корабли.
