– Скажем, в Аргентине такие выкрутасы оправданы. Чтобы ввести в заблуждение английские службы радиоперехвата – вполне. Правда, там уместней было что-нибудь испаноязычное, по типу «уна, трес, кватро». А? – козырнув знаниями, генерал неожиданно потеплел. – Но над эскадрой в Южно-Китайском море – это морячки просто не знали всех тонкостей ВВС. И руководитель полётов в Камрани попросту не стал акцентировать и чинить разнос. Однако ж рапорт, как видишь, компетентные товарищи составили. Но да ладно. Дам добро на тебя. На «Миг»? А может, на «Су»? Ты ж вроде бы ИБАшник[197] – больше с бомбардировочным уклоном… Ладно, ладно, – усмехнулся генерал, – вижу. Иди.
Беленин вытянулся, стараясь сохранить невозмутимость, развернулся круго́м.
Уже в дверях его окликнули:
– Майор. Там на границе с Пакистаном вы, вероятно, будете под опознавательными знаками Демократической Республики Афганистан. Так что… продолжай дезинформировать вероятного, а может вполне, что и реального противника. Иди.
Слишком быстро отреагировали пакистанские военные.
Становилось очевидным, что операция пошла не по самому «чистому» варианту. При всех допущениях обстановка позиционировала ту ситуацию, когда приходилось бить на упреждение – не дать возможности вооружённым силам Пакистана полноценно вмешаться.
Теперь всё зависело от того, насколько быстро и удачно спецназ справится с задачей. Лишние полчаса, час, даже минуты нахождения на сопредельной территории неизбежно усугубляли ситуацию, особенно если оставить за собой какие-то нежелательные следы.
Время 21:40, и спустившаяся ночь здесь скорей играла за «наших», однако какие-то позитивы были и за противником. Хотя бы в знании местности.
Командиру десантной группы ушёл запрос «Как скоро?».
Ответ вернулся с минимальным интервалом, прерывистым эфирным хрипом: «…минут пять, десять… и буду давать команду на отход».
Но этот отход уже надо было комплексно прикрывать с воздуха.
Вынесенные в передовой дозор группы разведки доложил о ещё нескольких транспортных «Пумах», высадивших «бойцов в чёрном»: пакистанский спецназ?.. пресловутые «Чёрные аисты»?[198] Точками высадки занялись Ми-24, штурмуя ракетно-пушечным…
Колонну бронетехники противника, двигающуюся со стороны Пешавара, разведгруппы подсветили маяками, наводя реактивную авиацию.
Получив приказ, пилоты Су-17, прежде всего, избавились от подвесных баков… ещё наполовину полных, однако «везти» на территорию Пакистана лишние технические надписи на русском языке было нежелательно.
Чтобы избежать перехвата пакистанскими РЛС, истребители-бомбардировщики миновали зону приграничья на предельно малой высоте, уж затем, выходя на атакующий курс, делали «подскок» для оптимального прицеливания и сброса бомб.
Работали апробированными методами, в режиме навигационного бомбометания: передовая машина, ведомая опытным лётчиком из штурманского отдела, сначала сбрасывает несколько ориентирно-сигнальных бомб (НОСАБ); следом идёт носитель САБ[199], обеспечивающий локализацию цели; затем основная группа наносит удар на поражение.
Боезапас Су-17 вываливали сразу весь, не делая коррекции и второго захода. В этом случае точность, возможно, оставляла желать лучшего, но на «второй» в планах попросту не отводилось времени. Собьют в чужом небе – катапультироваться? Лучше застрелиться… тяни назад до границы.
Тем более что…
Барражирующий в небе Афганистана А-50 придвинулся ближе, чтобы «заглянуть за горизонты»: целью – воздушное пространство Исламской Республики, активность военных аэродромов, чужие РЛС, и… взлёт боевых самолётов. О них-то воздушный командный пункт А-50 немедленно и сообщил: на радарах появились новые засветки, несомненно, являющиеся пакистанскими истребителями-перехватчиками.
Их отвлекли… увлекли за собой проскочившие на сверхзвуке от границы «Миги». И там, между передовой парой F-16А и четвёркой нарушителей произошёл обмен ракетными залпами: от «Спэрроу» Миг-23 ушли вертикально вверх, сорвав захват головок наведения; впрочем, и встречно выпущенные Р-23 потерялись в «молоке».
Но «сушкам» здесь уже было не место.
«Тревога» в частях ПВО Пакистана наконец прозвучала.
В наушниках пилотов «Су-семнадцатых» запищала СПО «Берёза» – предупреждение об облучении. Входящий в ударную группу постановщик помех врубил системы электронного подавления, зафиксировав работу станций ПВО базы «Пешавар»… той самой, кстати, откуда, в своё время взлетел U-2 злополучного Фрэнсиса Гарри Пауэрса.
На источник излучения с ходу ушли две противо-радиолокационные ракеты Х-28. Это был уже, так сказать, «презент напоследок»! Разгрузившиеся истребители-бомбардировщики выполнили боевой разворот, набирая скорость и высоту.
Зазор на отход – две с половиной минуты.
А «КаПэ» между тем тревожно оповестил о новой, приоритетной угрозе, исходящей с другого пеленга.
Два «Миража», взлетевшие по тревоге с авиабазы Кохат (всего в 45 километрах к югу), успели выпустить вслед уходящим бомбардировщикам ракеты «воздух-воздух».
«Су» отчаянно форсировались, применяя противоракетные манёвры.
Успеют?
