— Да, так решила Мари, — кивнул креол. — Счет за работу мы пришлем позже, а продукты и девайсы она уже оплатила. Посмотрите, пожалуйста: здесь айпод, смартфон, планшет, наушники, гарнитура, автомобильный крепеж. Все «Apple», как вы любите. Две симки, пожалуйста, и еще вот это, — он пододвинул к Алексу прозрачный пластиковый пакет с останками улетевшего с террасы смартфона.
Алекс хмыкнул и поднял на парня глаза:
— Зачем мне этот мусор?
— Марина попросила восстановить данные вашей сим-карты. Мы это сделали: вот распечатка, — он протянул скрепленные листочки, а симка внутри, в пакете.
— Ну, ребята, вы даете… Спасибо, конечно…
— Все нормально, мистер Сторм.
— А как так вышло, что Хэлл стала с вами сотрудничать? — неожиданно для самого себя задал вопрос Алекс, на ответ, в общем-то, и не надеясь.
Но красавец-креол вдруг открыто улыбнулся и негромко произнес:
— Не она — с нами. Мы — с ней. Два года назад я у Блейка бассейн чистил, а она была мистресс в его доме. Встретились, разговорились — объединили усилия, собрали команду. Много людей получили работу, много людей получили помощь. Чикамаре все удается: мы ее бережем.
Последняя фраза была явно для его ушей. Алекс понял это и спросил прямо:
— Вы только работаете вместе, или — …?
Карлос вдруг перестал выглядеть милашкой: сжал губы, от носа пролегли скорбные складки, вмиг прибавив ему возраста.
— Go, mulher, — тихо сказал он женщине, и та мигом упорхнула в двери.
Он обернулся к Алексу:
— Мы работаем вместе, да. Но Чикамаре — мой друг. Очень хрупкий друг, которого надо беречь. У нее очень доброе и отзывчивое сердце — ей легко сделать больно.
Сторм хмурился все больше, не понимая, с чего вдруг чужой мужик говорит ему все эти вещи.
Но тот пояснил сам.
— Она всегда приходит к нам на праздник. В общину. Приходи и ты — узнаешь, какая она. Там никому нет дела до статуса. Там все — семья. Все всем рады: едят острые бурритос, поют, пляшут, пьют текилу… Приходи.
У него вдруг загорелись глаза.
— Знаешь, как она бьет фанданго… очуметь! И на гитаре, и кастаньетами, и каблуками… Словно родилась испанкой или креолкой. А какой у нее голос… Она приходит — приходит жизнь. Мы очень ее бережем. И все, что ей дорого — дорого нам.
«Голос»… «Фанданго»… «Поет»…
У Алекса голова шла кругом — этого не рассказывал даже Майкл. Сотни вопросов вертелись на языке, но вместо этого он задал только один:
— Хочешь, чтобы я ее разбудил?
— Нет. Я знаю, как она умоталась. Я хочу, чтобы ты был готов: она купила пол-суток в SPA «SF», через час за вами заедет такси. В пакетах, о которых говорила Тита, действительно очень вкусная выпечка, фруктовые муссы и хороший кофе. Накорми ее, пожалуйста.
Он помолчал. Потом вынул визитку и протянул ее Сторму:
— На всякий случай. Если понадобится помощь. Любая помощь.
Алекс принял картонку и засунул в бумажник. Его захлестывали самые противоречивые чувства. Этот человек действительно заботился о Марине. Он ничего не хотел от звезды, потому что Алекс не был для него звездой — он был человеком, которым дорожила его Чикамаре.
И это был еще один мир Хэлл, о котором он еще ничего не знал…
***
