– Вы на полном серьезе хотите сказать, что все эти люди многие годы за счет бюджетных средств ловили чертей и искали подтверждение картинкам из магазина эзотерики? – спросила Маша.
– До чертей мы чуть позже дойдем, но, если говорить образно, то да, именно так и обстоят дела.
– И много наловили? – засмеялась Маша.
– Вы хотите посмотреть?
– На кого? – удивилась Марина.
– На чертей.
– Вы про нас, что ли? – весело спросил Юрка.
– Вы – это вы, а черти – это черти. Вы хотите на них посмотреть, чтобы успокоиться и дослушать мой рассказ? Потому как мне нужна вся ваша серьезность. Я могу помочь вам создать нужный настрой. Уберем все сомнения и продолжим разговор. Ну, так как?
– Да ладно, – воскликнул Юрка, – дайте двух! Куда идти?
Профессор достал телефон, нажал на кнопку, охранники открыли двери и выстроились на выходе. Профессор жестом пригласил молодых людей следовать за собой и направился к выходу. Когда все собрались у дверей, охранники вопросительно посмотрели на Профессора, а он сказал:
– Проводите нас, пожалуйста, в третью лабораторию, – охрана, как и на пути сюда, заняла позиции спереди, сзади и по бокам группы, и они направились уже знакомым путем по коридорам к лифту.
Когда группа подошла к лифту, он уже ожидал их, сверкая нутром из нержавейки. Спуск занял несколько минут, при этом лифт шел довольно быстро. Молодые люди переглянулись, Андрей недоуменно пожал плечами.
Как будто уловив мысли окружающих, Профессор сообщил:
– Для комфортного содержания этих сущностей требуется определенная глубина. Рассказы об аде с чертями имеют под собой определенное основание, вполне прозаическое, правда. Земная поверхность представляет собой некий фильтр. Излучения, некомфортные или вредные для них, доходят на глубину сильно ослабленными, либо не доходят вовсе. Поэтому «нечисть» всегда живет под землей. Хотя они не в большей степени нечисть, чем, скажем, вы, – Профессор усмехнулся. – Просто другие существа, живущие рядом с нами на определенной глубине, в довольно пугающем количестве, но так как на поверхности им делать нечего, и встречаются они обычно одиноким дебилам, играющим в спелеологов, у нас к ним претензий нет. В отличие от вас, – Профессор слегка поклонился молодым людям.
– И что, мы сейчас едем прямо к чертям в гости, в их естественную среду обитания? – медленно проговорила Юля.
– Нет, что вы, это было бы слегка безрассудно. Мы тут содержим небольшой зоопарк для изучения. Кстати, некоторые из них любят места, где под землей есть озера лавы, там обитает интересная разновидность этих существ, очень красивая. У нас здесь, к сожалению, нет, но, если сработаемся, слетаем на Камчатку, там у нас тоже лаборатория, где живут два шикарных экземпляра, мы предполагаем, что мальчик и девочка, но не уверены. Они не хотят нормально общаться, видимо, в неволе им не очень комфортно.
– Общаться? Они еще и разговаривают? – удивилась Юля. Ей стало не по себе. Глубина, на которую они спускались давила, кабина лифта была какой-то неуютной, ее яркий резкий свет навевал мысли о морге.
– Нет, они не говорят, но общаются. Я не знаю, где Данте купил ту траву, которая завела его когда-то в дремучие подземелья, но сейчас вы поймете, откуда растут ноги у сказок про Аид, Ад, Инферно и прочие преисподние, красочно описанные лучшими представителями человечества.
Наконец лифт остановился и двери открылись. В лифт ворвался влажный и теплый воздух, пахнуло серой.
– Дом, милый дом, – проговорил нараспев Профессор. – Наденьте, пожалуйста, респираторы, концентрация газа тут небольшая, но все же есть. Так как вы сейчас испугаетесь, дышать будете глубоко, можете отравиться, что добавит вам острых ощущений в виде дополнительных галлюцинаций.
– А можно вернуться? – спросила Марина, побледнев.
Профессор протянул ей респиратор.
– Надень, милая, тебе полегче станет, вернуться, увы, нельзя, – он показал рукой на надпись над выходом из лифта: «Оставь надежду всяк сюда входящий».
– Добрая шутка коллег. Но поверьте, нужно пройти до конца, чтобы мы могли с вами нормально общаться дальше, без шуточек и разного рода недоверия.
Марина схватилась за грудь и сползла на пол.
– Ой, мне очень нехорошо, мне кажется, я сейчас умру, – прошептала она.
Профессор присел рядом с ней на корточки, нежно взял за запястье и, посмотрев на часы, измерил пульс
– Да, есть немного, – сказал он и покрутил головой. – Ну, что ты, милая? Чего ты испугалась, глупая? Вот давай вместе подумаем. Во-первых, умереть ты не можешь. Можешь, конечно, сейчас себя убить, но все равно оживешь, и при этом пропустишь все самое интересное. Прошу – поверь, этого пропускать не стоит. Во-вторых, кто тут у нас самый страшный?
– Кто? – тихо и растерянно пролепетала Марина.
