– Они были абсолютно адекватны, излишне молчаливы, но выглядели здоровыми, румяными, осязание, зрение, слух в идеальном состоянии, – заверил нас Пятигорский, – то есть можно сделать предварительный вывод: «Чужаком» внесены изменения в структуры головного и спинного мозга, нервные же ткани им замещены.
Однако сам «Чужак» находится в нервной системе, правильнее будет сказать, что он и есть теперь их нервная система. Для Профессора и, понятно, нашего основного бизнес-заказчика было крайне интересно то, какими новыми способностями «Чужак» наградил носителя, как они уживаются с ним в одном теле, ощущается ли «Чужак», как некое стороннее существо, и может ли носитель или «Чужак» изнутри носителя управлять материей вне тела.
В тот момент одна из гипотез профессора заключалась в том, что «Чужак», став, по сути, нервной системой носителя, представляет собой пилота внутри дрона-тела. Пилота, который может перестроить свой транспорт так, как ему удобно.
– То есть, вы предположили, что «Чужак», используя тело носителя, может влиять на материю, изменять ее, развить у носителя разные там сверх способности? – спросил Сергей.
– Ну, как бы да. Ведь затронутые зоны мозга как раз-таки отвечают за подобные способности. В статистике и документах, к которым мы все получили тогда доступ, было описано много случаев, когда люди, с повреждениями или генетическими дефектами в этих зонах творили разное безобразие. Нам оставалось только надеяться, что наши коллеги будут скромнее в проявлении своих способностей. – Света задумалась и продолжила:
– Ну, и позвоночник! Профессор показал нам всем знакомую картинку: сидящего в позе лотоса йога с чакрами, расположенными по позвоночному столбу, наложенную на МРТ проекцию одного из студентов, – и тут, как говорится, без комментариев: основные изменения были сделаны «Чужаком» именно в зонах этих самых чакр.
– Он ему сетку проапргейдил! – воскликнул Андрей.
– Что? – удивилась Света. – Поясни, пожалуйста.
– Спинной мозг – это как бы сеть, связывающая чакры. А «Чужак» ее усилил, что вы и увидели на МРТ.
– Интересный взгляд, – сказала Света, – при случае поделишься с Профессором.
– На тот момент мы могли с уверенностью утверждать, что у наших подопытных коллег, скорее всего, есть эти новые способности, слишком уж сильны были правки, внесенные в их мозг. Как они себя проявят, мы рассчитывали очень скоро увидеть, искренне надеясь, что не деструктивно. Иначе наши исследования могли бы моментально прекратиться.
– Почему? – спросил Сергей.
– За нашей работой следило много внимательных глаз, если бы зараженные проявили хоть толику агрессии, их бы моментально нейтрализовали.
– Каким образом?
– Зависит от степени агрессии, вполне может быть, просто уничтожили бы физически. Если бы успели, конечно, тут ведь по-разному могло повернуться. Мы же буквально играли с огнем. Поэтому Профессор призвал нас максимально быть начеку, особенно тех, кто знал этих студентов в прошлой жизни. Не поддаваться на то, что это наши друзья или знакомые, потому что тех, кого мы знали, больше нет. Их нынешних еще предстоит узнать. Он призвал нас следить за ними внимательно, фиксировать любые аномалии и стараться соблюдать все меры безопасности.
На этом напутствии Профессор завершил свое выступление. У нас было порядка двух дней на участие в исследованиях и подготовку ко второму походу к источнику. В эти дни случилось много интересного…
Профессор был прав, когда предположил, что «Чужак» объединяет зараженных в некую сеть. В тот день, первый после того, как мы, как сказал Профессор, «вошли в новый дивный мир», мы проверяли у зараженных студентов базовые рефлексы. Медик, проводивший исследования, обратил внимание, что, когда после удара молоточком по коленке у испытуемого возникает обычная реакция, она передается двум другим, но в менее явной форме. Его коллеги провели серию тестов и увидели, что реакция на раздражитель у одного испытуемого немедленно передается двум другим. Они обнаружили много подтверждений факту синхронизации, например, испытуемые одинаково реагировали на громкий звук: их головы поворачивались в сторону источника совершенно синхронно.
– Как суррикаты, – пошутил Юрка.
– Ну да, было бы смешно, не выгляди это так жутко, – сказала Света, – я предложила снять энцефалограмму с этих троих одновременно, и все тогда увидим, что мы заморачиваемся со стуком по коленкам и резкими звуками. Студентов привели в лабораторию, подготовили к исследованию. Исследование подтвердило наши догадки – электрическая активность на трех ЭЭГ была совершенно синхронной, что в обычной реальности категорически невозможно. О результатах незамедлительно доложили Профессору, он похвалил нас за проявленную смекалку:
– Ранее вы бы и не подумали такое исследование провести, – сказал он. – Так держать! Начинаете мыслить правильно.
