– В некотором роде так и есть. Вы – одни из лучших в своих областях, и поэтому вам позволили остаться в исследовательской группе. Изначально у вас был своего рода спонтанный сбор. Студенты что-то нашли, их руководители собрали вас, вы неплохо себя проявили, первые шаги, во всяком случае, были правильными. Что важно, вовремя сообразили, что дальше дело необходимо передать в компетентные руки и не додумались опубликовать данные. Пригласили вас, коллега, как профильного специалиста, поэтому вы здесь, с нами, и, надеюсь, принесете много пользы. Наши приоритеты я вам сообщил, пожалуйста, ориентируйтесь на них в своей работе на ближайшее время. Итак, – Профессор энергично потер руки, – для начала давайте решим простой вопрос. Организуем небольшую группу из трех молодых людей и отправим на то самое озеро. Необходимо найти источник, там может быть дополнительная информация, которая нам поможет в исследованиях. Заодно возьмут пробы воды по течению реки, посмотрят, как далеко зашло распространение этой дряни.
Сейчас лето, трое студентов на каникулах не привлекут к себе особого внимания, смогут спокойно поработать, а мы присмотрим сверху. В идеале, это должны быть добровольцы, но если таковых не окажется, мы, конечно, их назначим. Есть желающие? – Профессор обвел всех взглядом.
Желающих было пять человек, все студенты и я среди них, далее мы вытянули жребий, осталось трое. Мне, как тогда казалось, повезло.
Затем к нам пришли серьезные люди с большим набором документов, которые всей исследовательской группе предстояло подписать. Было непросто, многое пришлось заполнять от руки, а у нас половина народу уже и забыла, как это делается. Профессор нервничал, но, зная систему, молча ходил из угла в угол и скрипел зубами.
Когда все закончилось, нам выдали обещанные Пятигорским ознакомительные материалы, он дал к ним краткие пояснения, порекомендовал порядок просмотра. Материалов было много, на несколько часов плотной работы. Профессор непременно хотел продолжить только после того, как мы все будем «на одной странице», как он выражался.
– Дорогие коллеги, вы стоите на пороге нового для вас мира и, подобно кораблю, которому необходимо иметь внутри небольшой объем забортной воды в качестве балласта, вам нужно принять в себя определенный объем информации, который поможет осознать то, с чем мы будем дальше работать, – с этим напутствием мы и разошлись «набирать балласт», как выразился Профессор.
На следующее утро группа хмурых людей в белых халатах с опухшими от бессонной ночи лицами и красными глазами собралась в просмотровом зале, где нас ждал как всегда бодрый и энергичный Профессор. Он распорядился принести большую кофемашину и заранее приготовил кофе на всех. Мы входили, брали кофе, кто-то даже находил в себе силы на печеньки, и рассаживались по местам. Профессор, ожидая, пока все соберутся, расхаживал по сцене перед экраном. Наконец двери в зал закрыли, свет притушили. Профессор оглядел аудиторию и сказал:
– Я вижу, ночь прошла непросто, но это ожидаемо. Давайте немного спустим пар, обсудим основные вопросы, вызванные предоставленной вам вчера информацией. Кто начнет? – спросил он и оглядел аудиторию.
– Позвольте мне, профессор, – поднялся Владимир Семенович. – Вопрос у меня один, думаю, ответ будет интересен всем присутствующим. Почему данные, в корне меняющие наше представление об окружающем мире и его истории, нужно держать в тайне?
– А почему нет? – спросил его в ответ Профессор, заложив руки за спину.
– То есть как? – опешил ученый.
– Ну, хорошо, я поясню, – Профессор, по своему обыкновению, потер руки и, расхаживая по сцене, продолжил, – за девятнадцатый век и начало двадцатого были сформированы основные представления об окружающем нас мире, заложен фундамент современных естественных наук. На нем построено здание официальной науки. Выросли поколения, модель себя полностью оправдала, она проста, понятна, логична, и очередные энтузиасты регулярно находят для нее подтверждения и недостающие звенья. В это вовлечено, в качестве активных участников, несколько миллионов ученых по всему миру и, в качестве потребителей, семь с лишним миллиардов людей. Зачем это менять? Вот мой встречный вопрос вам, уважаемый коллега.
– Ну, как же, ведь наука, такие открытия, все же в корне меняет… – невнятно лепетал Владимир Семенович, – я, если честно, теряюсь от вашего вопроса, профессор…
