— Главное, чтобы не последней, — тревожно сказал Милий себе под нос и посмотрел на просвет, проклевывавшийся сквозь тучи.
***
— Господин, может, заночуем в каком-нибудь добром трактире?
— Исключено Милий, я хочу скорее прибыть в Дигорию.
Вайнар тоскливо вглядывался в сумерки за окном. За последние недели он видел больше, чем за всю жизнь: огромные каменные дома, после которых дворец на острове уже не казался таким величественным; разнообразная одежда, в которую одели его и носили местные жители; эта разная, но безумно вкусная еда из трактиров и харчевен; безграничное количество воды, о которой на его землях только слагают легенды и ждут во время великого возрождения Санры и его спутницы Айи; удивительные изобретения, которым нет счета; кареты, которые они сменили три раза за время своего путешествия. И много чего другого, сразу все и не вспомнишь. Самое удивительное, что люди чаще всего не реагировали на него, видимо, настолько привыкли к оркам.
Когда они пересекали границу королевств Канзарии и Алдора, Вайнар увидел вдалеке, на огромном холме, величественное сооружение. Овальная арена светилась под солнечными лучами прохладного осеннего утра. Даже издалека она настолько захватывала дух, что он впервые за долгое время попытался рукой на шее отыскать нефритовый талисман.
— Красивая, правда? — подошел тогда к нему Никодим.
— Смертельно, — ответил на своем языке орк.
Та часть королевства Алдора, через которую они проезжали, заметно отличалась от Канзарии. Может, потому, что они ехали лишь по окраине, тем не менее здешние дома стояли не так густо и были гораздо ниже. Позже по обе стороны кареты раскинулись бесконечные поля.
За это время Вайнар гораздо лучше стал разговаривать на всеобщем языке. Также он нашел общий язык с Милием и Элимом. С каждым днем чужеземцы казались ему все менее странными.
Спустя четыре дня они остановились в трактире, что стоял на границе между Алдором и Дигорией.
За столом ужинали только Вайнар и Никодим. Элим продолжил путь, чтобы заранее предупредить короля северного королевства о прибытии своего господина. Милию нездоровилось, он остался в комнате.
— Завтра наше длительное путешествие подойдет к концу, — даже немного с грустью сказал подвыпивший работорговец.
— Ты обещал узнать о Рэйноре.
— Помню. Дай мне немного времени оклематься от приключений и дороги, побыть с семьей, детьми, и я сделаю все, что смогу.
— Поторопись.
— Пей свое вино и не командуй мне тут.
Вайнар отпил местного дигорского вина.
— Знаешь… я все хочу спросить… Почему тогда ты спас меня?
— Продай Могавра, Ризера и Даволора вместе со мной, и я отвечу.
— Ох, ты точно издеваешься надо мной, — закатил глаза Никодим. — Алчности во мне куда больше, чем любопытства, — вилкой выковыривал зеленый горошек из картофельного пюре работорговец. — И потом, я надеюсь, этих троих бойцов уже продали. Скажу, как есть… влиятельные и обеспеченные лорды куда больше платят за бойцов, чем короли. Бойцы королей появляются на арене раз в год, в то время как бойцы господ оттуда не вылезают. Что не месяц, так новый турнир.
— Я буду биться раз в год?
— Очевидности тебе не занимать. Я, кажется, сто раз повторил, что продам тебя королю Дигории Демьяну. Если победишь, по традиции король дарует тебе свободу. И если к тому времени я не найду твоего братца, отправишься самолично на его поиски.
Вайнар отодвинул опустевшую тарелку.
— Ты обещал сделать все, что в твоих силах.
— Значит, так и будет. — Весь зеленый горошек, что выковырял из пюре, он собрал в кучку, а затем, поддев большую часть ложкой, отправил в рот. — И все же, почему ты спас меня? — дожевывал Никодим.
— Выкупи, если продал, Могавра, Ризера и Даволора, и я отвечу.
— Ну тебя… — махнул рукой работорговец.
***
Карету, что въехала во двор замка, встречал сам король Дигории вместе со своей семьей и свитой.
— Ну вот мы и добрались, — улыбнулся орку усатый человек.
Милий, подойдя к карете, открыл дверь, и работорговец, сделав глубокий вдох, вышел из нее.
— Мой дорогой друг Никодим. — Король, как всегда, был очень сдержан в эмоциях.
— Демьян! Мне кажется, ты стал еще больше! Ты когда-нибудь собираешься остановиться?! — улыбаясь, сказал работорговец и, пожав королевскую руку, обнял огромного правителя Дигории. — Маришка, чем ваши повара кормят его? — Выпустив короля из объятий, он поцеловал руку его супруге и слегка приобнял.
— Ты утрируешь! — хихикнула королева. — Это он еще схуднул после недавно перенесенной болезни.
— Мариш… — засмущался Демьян.
— Главное, что сейчас король в здравии! Да хранят его Боги! — Никодим посмотрел на четверых детей Демьяна и Маришки, что стояли в ряд. — Ничего себе! Какие вы уже взрослые! Я так понимаю, королевские повара кормят детей тем же, чем и Демьяна. — Он потрепал шестилетнего Анфима по голове. — А где малютка Милиса?
— Она в замке с нянечками. За ужином уже увидишь ее, — приветливо улыбалась королева.
— Дядь Никодим, а правда, что вы привезли самого вождя орков? — спросил девятилетний Савелий, который унаследовал черты лица Демьяна, а фигурой был стройный, как мама.
