позади нас море, впереди — неприятель. Помни же — не верь отступлению. Пусть музыканты забудут играть ретираду; тот изменник, кто протрубит ретираду, и, если я сам прикажу отступать, — коли и меня».
Проникнутые глубоким патриотическим чузством призывы Корнилова, его постоянная забота о питании, снабжении, обмундировании воинов, простота его обращения с подчиненными снискали ему большой авторитет среди воинов. «Крепко любили его солдаты за привет и доброе слово, — писал один из севастопольцев. — Речь его была впечатлительная, всякое слово было близко солдатскому уму и сердцу. При воякой встрече и прощанье с ним солдаты говорили между собой: «Вот так енерал; отец, а не ене-рал...»145146
Опираясь на решимость севастопольцев во что бы то нн стало отстоять Севастополь, Корнилов возглавил работы по подготовке города к длительной и тяжелой борьбе. Он глубоко продумал и разработал обширный комплекс мероприятий, направленных на мобилизацию всех сил и средств для защиты города. В основу их было положено взаимодействие армии и флота. Сам Корнилов, как образно выражались севастопольцы, «совокуплял в себе взаимодействие всех отраслей обороны: инженерной, морской, сухопутной и артиллерийской»147.
Прежде всего Корнилов тщательно продумал распределение сил гарнизона, что являлось одним из важнейших условий для организации обороны. Так как неприятель угрожал Южной стороне, на защиту' ее были направлены главные силы гарнизона. 14 сентября была разработана диспозиция по обороне Южной стороны. Вся оборонительная линия здесь была разделена на три дистанции, командование которыми было поручено генерал-майору Аслановичу, вице-адмиралу Новосильскому и контр-адмиралу Истомину. На бастионы и батареи, в части и подразделения были назначены начальниками наиболее энергичные и способные офицеры, зарекомендовавшие себя по предшествующей службе на кораблях Черноморского флота.
Большое внимание уделил Корнилов обеспечению сухопутной оборонительной линии артиллерией, боезапасом и всеми видами материально-технического обеспечения. Чер-
| Пароходы на рейде во время Севастопольской обороны. |
номорский флот явился важнейшим источником боепитания Севастополя. «Вся оборонительная линия (кроме 6-го бастиона и малого числа мортир), — писал артиллерист Пе-стич, — была вооружена морскими орудиями и снабжалась-в продолжение всей обороны морским ведомством. Таким образом, наша оборонительная линия до некоторой степени представляла собой прежний наш Черноморский флот, перешедший на берег со всеми судовыми порядками и .морской обстановкой. Так, например, прислуга при орудиях, состоявшая нз морских команд, действовала по правилам морского артиллерийского учения, принятого на кораблях. На батареях командовали артиллерией те же лейтенанты, которые были батарейными командирами на судах. Установка артиллерии со всей принадлежностью целиком перенесена была с корабельных палуб на настильные сухопутные платформы»148.
Но задача заключалась не только в том, чтобы снять орудия с кораблей и установить их на сухопутной оборонительной линии. Нужно было точно определить: где их
расположить, сколько орудий выделить на каждое направление, как обеспечить артиллерийские позиции и всю оборонительную линию в целом в инженерном отношении-Поэтому исключительно важное значение в деле подготовки города к обороне имело инженерное обеспечение сухопутной оборонительной линии, строительство новых батарей, усиление бастионов, сооружение траншей, оборонительных стенок, блиндажей. В результате самоотверженных усилий защитников города за несколько дней в Севастополе было сделано больше, чем за годы предвоенного времени.
Уже к 15 сентября на Южной стороне находилось свыше 170 орудий, причем значительная часть ранее находившихся здесь орудий малых калибров была заменена тяжелыми корабельными пушками, стрелявшими мощными разрывными снарядами на большие дистанции. Преобразились и укрепления Севастополя: на пустынных прежде местах стояли батареи, бастионы, оборонительные стенки.
