По прошествии сорока лет в моде Вивьен все еще полна вдохновения, она его черпает не только в политике, но во всем трехмерном мире, который ее окружает. Ее до сих пор очаровывает красота картин, одежды, людей и идей. По натуре бережливая, она неуемна в тратах на свои модели и в проявлении щедрости. Многие давно отступились от своих убеждений в пользу консерватизма, а Вивьен до сих пор фантазерка и идеалистка. У этой женщины нет ни мобильного телефона (в мире моды!), ни телевизора, при этом она обладает такой полнотой знаний о настоящем, которая дала бы фору большинству подростков-блоггеров. Как говорит Вивьен, «людям очень непривычно работать в трех измерениях, как я. В моде я изменила крой. Благодаря ему одежда изменилась повсюду. Я вижу эти изменения в соседнем магазинчике рядом с нами, в Клэпхеме. Повсюду. Принципы кроя пришли из национальной одежды и старинных выкроек. Как та самая первая рубашка, с которой я начинала: я раскладывала выкройку на всю ширину ткани. Вещь полностью состояла из прямоугольников. Никаких обрезков. Очень практично. Очень исторично. Я работала, как Вионне. Все просто – для производства. Вот каким достижением я больше всего горжусь в моде: кроем. С точки зрения истории именно крой я и добавила в словарь моды». Тут она по праву могла бы прибавить:
– А еще футболку с надписями.
– А еще использование остатков жизнедеятельности человека, коллажа и самодельных элементов в моде.
– А еще надписи на футболках типа «люблю – не люблю».
– А еще фетиш-одежду как часть моды (совместно с Малкольмом).
– А еще возвращение корсета.
– А еще тянущийся корсет, составляющий основу строгих платьев.
– А еще сам подход – обращаться к историческому крою.
– А еще исторический костюм в моде.
– А еще «английское» сочетание и комбинирование исторических мотивов.
– А еще возрождение твида («он как масло, им не испортишь»).
– А еще туфли на платформе – «пьедестале».
– А еще нижнюю одежду в качестве верхней.
– А еще юбку-трубу.
– А еще тонкий трикотаж для подиума.
– А еще фигуру типа «песочные часы».
– А еще вещи асимметричного кроя для подиума.
– А еще одежду в стиле унисекс.
– А еще панк – он довольно просто стал частью английского языка.
«В моих вещах, – говорит мне Вивьен, – заключена своя история. У них своя индивидуальность. У них свой характер и цель. Поэтому они стали классикой. Потому что они продолжают рассказывать историю. И до сих пор ее рассказывают».
