Я несколько минут сидела на краю кровати, задумчиво гладя в пустоту. Ни холод, ни начавшийся дождь, ни раскаты грома, не привлекали мое внимание. Медленно сняв платье и распустив волосы, я взобралась в постель, укрывшись меховой накидкой. Рядом спал Паскуаль, мой брат, и при виде его безмятежного лица, на котором буквально несколько минут царила гримаса боли и страдания, я немного успокоилась. Выходит, я сирота, дочь еврея, чьи предки никогда не имели прав на существования и проститутки, имя которой запятнано кровью бесчестия. Может, мой так называемый отец и жив, но теперь это не имеет никого значения. Почему все так? Родилась в борделе, жила в замке, а теперь разрываюсь между памятью о настоящих родителях и заботой приемных. В моих жилах течет кровь людей, которые опозорены на веки вечные, но мой разум принадлежит дочери графа. Нет, я обязана забыть обо все, что сегодня услышала, я должна жить так, как жила до сегодняшнего дня. Дини умерла, утонула в реке, вместо нее на свет появилась Вивиана, девушка, которая не смириться со своей горькой участью и сможет пойти наперекор судьбе!..
На удивление, я довольно быстро заснула, но даже через сон улавливала каждый звук, при любом шорохе вздрагивала. В комнате было очень тихо, лишь по стеклу тарабанил дождь, и все же меня не покидало чувство, что что-то мне мешает. Окончательно меня разбудил Паскуаль, резко перевернувшись на другую сторону. Когда кровать заскрипела, я подскочила и стала лихорадочно оглядываться по сторонам. На улице уже серел рассвет, но дождь не прекращался. Где-то скулила кошка и лаяла собака, слышались раскаты грома. Сев, я придвинула к подбородку колени, беспокойно теребя ленточки сорочки. Поняв, что уже не смогу уснуть, я встала с постели, босыми ногами пробежавшись к столу, где стоял вчерашний, нетронутый ужин. Бросив взгляд на еду, я почувствовала, как желудок сжался в комок и заурчал. Последний раз я ела позавчера. Но чувства голода совершенно не было. Подойдя к зеркалу, я тщательно осмотрела свое тело. Я всегда отличалась пышными формами и теперь даже ужаснулась, понимая, что выгляжу неважно. Почти неделю я довольствовалась лишь тем, что попадало под руку. Во время трехдневной скачки мне удавалось лишь откусить кусок хлеба и запить элем, а после того, как я увидела труп Каримни, аппетит улетучился вовсе. И теперь меня пугало то, как сильной я изменилась за несколько дней. Кожа стала бледной, с серым оттенком. Через шелк сорочки проступали ключицы, грудь казалась плоской. Лицо было худощавым, с выпирающими скулами. Я невольно улыбнулась. Возможно, такой и должна была быть леди. Ведь эталоном красоты считали женщину маленького роста, с небольшой грудью, а лучше, с ее отсутствием, с удлиненным лицом, на котором должны выделяться глаза.
Я посмотрела на запястье. На нем виднелся едва заметный шрам. Выходит, вчерашние происшествия – не сон. Меня затошнило, когда в памяти восстали ужасные моменты укуса Амелии. Почувствовав слабость от голода и, возможно, от потери крови, я нехотя отломала кусок сыра, и, запив его добрым глотком вина, проглотила. По телу разнеслось тепло от спиртного напитка, к лицу прильнула кровь. Внезапно я услышала шорох за дверью, и едва слышный стук. Прислонив ухо к двери, я спросила:
– Кто там?
– Вивиана, открой, это я, Шекена, – послышался тихий голос сирийки. Отодвинув щеколду, я округлила глаза. Мусульманка стояла, забрызганная грязью, с капора стекали капли дождя, волосы мокрыми прядями прилипли ко лбу. Пропуская девушку вовнутрь, я немного растерялась. От Шекены веяло таким негативом, что мое сердце учащенно забилось. Поняв, что что-то случилось, я усадила сирийку в кресло и нетерпеливо спросила: – Что случилось? Где ты была?
Снимая промокший плащ, мусульманка тяжело вздохнула: – Плохие новости, Вивиана. Произошло еще одно убийство, – я ахнула: – Что ты говоришь? Кто на этот раз?
– Опять испанская фрейлина королевы – тридцатипятилетняя сеньора Беренгария Навваро. Сегодня ночью ее труп нашли в конюшне. Бедная женщина была затоптана взбесившейся лошадью. Но проблем в том, что кобыла была не из королевской конюшни. Она появилась, и исчезла. Анхорело Дебитти приказал всем молчать. Эту страшную весть должны сообщить утром. Пока, кроме меня и еще нескольких фрейлин королевы, об этом никто не знает. Я боюсь, Вив, убийца среди нас. И одному Богу известно, кто станет следующей жертвой.
