— Ещё раз, моя очередь, — сказала она. Это не считалось, у меня бывало ещё не то на
языке.
И тут Розмари поцеловала Миру в губы. Поцелуй был мне неприятен. Я никогда ещё не
видела, чтобы они целовались, и кроме того, я помнила, что Мира как раз ужасно блевала.
— Вы что, спятили? — сказала я. Мне было жутко от этого здесь в саду, причём я не
знала, то ли из-за игры, то ли от поцелуя.
Розмари провела Миру дальше на пару метров и помогла ей снова сесть, затем
отправилась на поиски, но не очень далеко. Она скоро наклонилась и когда снова поднялась,
я увидела, что сестра взяла цукини, не большую дубину, а один из маленьких. Я увидела, что
небольшой цукини был целым, маленьким и свежим. Но Розмари не отламывала кусок от
него, а бормотала:
— Ешь это или забудь это, моя сладость.
Мира улыбнулась и открыла рот. Розмари присела на корточки очень близко перед ней.
Она щелчком отделила соцветие мокрого от дождя плода и положила его конец в рот
подруги, и тогда прошептала:
— Это пенис твоего возлюбленного.
Тело Миры коротко дёрнулось назад. Потом она стала очень спокойной, отломила
крепким укусом зубов кончик цукини и плюнула вслепую ей в лицо, попав Розмари на
верхнюю губу. Потом Мира сказала:
— Ты проиграла, Розмари.
Мира дёрнула за лейкопластырь и порвала его. Она встала, стянула с головы белый
шарф, бросила ткань на компостную кучу, и пошла.
Розмари и я смотрели ей вслед.
— Скажи-ка, что всё же это было? — спросила я. Розмари развернулась ко мне с
искажённым лицом. Она кричала:
— Только оставь меня в покое, ты — глупое, глупое существо!
ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ ▪ КНИГИ О ЛЮБВИ
HTTP://VK.COM/LOVELIT
— С удовольствием, — ответила я, — так или иначе, я не играю с людьми, которые
могут терять.
Я сказала так только потому, что заметила, как Миру поразили слова Розмари. Я их не
поняла. Розмари подошла ко мне двумя длинными шагами и дала пощёчину.
— Я ненавижу тебя.
— Черви вообще не могут ненавидеть.
Я побежала в дом.
Розмари с нами не ужинала. Когда я была уже почти в кровати, она появилась в нашей
комнате и вела себя так, как будто бы ничего не было. Я всё ещё была зла на неё, но села на
подоконник и сестра рассказа мне, что было с Мирой. И потом наступила ночь.
Розмари и я всегда спали в старой двуспальной кровати, когда я была там летом. Это
было весело и страшно, мы рассказывали друг другу наши сны, болтали и хихикали. Розмари
говорила о вещах из школы, о Мире и о мальчиках, в которых она была влюблена. Часто
сестра говорила о своём отце — рыжем богатыре с севера. Полярный исследователь, пират
на Ледовитом океане, вероятно, уже мёртв, навсегда замороженный во льдах, и серебристо-
серое небо отражалось в неподвижных глазах, и другие истории такого типа. С Харриет она
никогда не говорила о своём отце, и тётя также не начинала разговор о нём.
В кровати Розмари и я выдумывали для нас языки, тайные языки, мрачные языки, в
течение долгого времени мы говорили задом наперёд. Сначала всё шло очень медленно, всё
же через пару дней у нас появился навык и мы всегда могли выдать пару коротких
предложений, или переворнуть имена всех людей, которых знали. Я была Сири, она была
Ирамзор и конечно была Арим. Когда-то Розмари находила, что противоположность одной
вещи должна бы быть самой вещью, только наоборот. Иногда мы называли еду и прежде
всего манеру есть, как я называла её дома с моими книгами — "нецток" (
противоположностью от "едят" — только как раз обратное. Когда Розмари, Мира и я
однажды рано утром сидели на подоконнике в комнате Розмари, и выглядывали наружу в
дождь, сестра сказала:
— Вы знаете, что я вмещаю в себя Миру? — Мира смотрела на неё из под тяжёлых век.
Она лениво открыла свой тёмно-красный рот:
— А?
— Розмари вмещает в себя слово "Мира". И ты, Ирис, была бы мне только примерно
как какие-то волосы, но скорее всего, ускользнула какая-то "и".
Мира и я молчали, и проверяли всё в голове. РОЗМАРИ. Через некоторое время я
сказала:
— О, в тебе есть многие вещи.
— Я знаю, — Розмари счастливо хихикнула.
— ОШИБКА, — сказала Мира. И после паузы:
— ОШИБКА и ПОДЛОСТЬ.
ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ ▪ КНИГИ О ЛЮБВИ
HTTP://VK.COM/LOVELIT
— ЛЁД, — сказала я. И после паузы:
— Я голодна.
Мы засмеялись.
Действительно целое множество слов содержалось в Розмари. Ошибка и подлость, роза
и лёд, Морзе и рифма, вагина и Марс.
Во мне не было ничего. Совсем ничего. Только я сама была мной — Ирис. Цветок и
глаз.
Достаточно. Раны, которые попадались мне на доме, я пристально рассматривала
достаточно долго. С улицы я пошла в прихожую, потом через комнату, которая раньше была
