Так что же делать с Аланом? Вариантов немного... От Гарда никогда не откажется. Пока сам ее не бросит, она от него никуда не уйдет. К Реджи ни за что не вернется. Может, продолжать встречаться с любовником и наплевать на выходки сына? Решение не из лучших. Предположим, она пойдет на это, но долго ли выдержат оба такие зыбкие отношения. Наверняка Гард решит, что овчинка выделки не стоит.
Стук в дверь прервал ее грустные размышления.
- Входи, - сказала Мэйбл, привстав и повернувшись на бок.
Дверь распахнулась. На пороге стоял Алан. Свет из холла делал его силуэт особенно четким.
- Можно войти?
Как же он вырос, подумала мать. Правда, пока еще по-мальчишески угловат, но уже не скажешь, что ребенок. Потихоньку превращается в подростка. К горлу внезапно подступил комок. Как же это, оказывается, нелегко, когда дети подрастают! Ей теперь так не хватало того ласкового милого мальчугана, который больше всего на свете любил сидеть, тесно прижавшись к ней, и слушал сказки про злых волков, хитрых лисов и про котов, которые носят шляпы. Того чудесного, горячо обожаемого малыша, который доверял каждому ее слову, которому и в голову не приходило с ней пререкаться, а если это и случалось, то только по такому ничтожному поводу, как время отхода ко сну.
Мэйбл села и, подоткнув под спину подушку, жестом пригласила сына сесть рядом.
Он робко подошел к кровати и примостился на самом краешке.
- Мне очень жаль, что так вышло с подарком...
- Что это было?
- Елочная игрушка из дутого стекла. Северный олень с венком на шее. Зря я его разбил...
- Зря... - тут же согласилась мать.
- Папа дал мне деньги... - Он запнулся и начал снова: - Дедушка дал папе денег, а папа дал их мне на подарок.
- Как съездил?
- Нормально. Повидался с Бобом и Джони. Гарри уехал, а родители Кэтрин разошлись. Ее отец живет теперь в Далласе, а у мамы новый муж.
Давненько она не слышала знакомых имен.
Эти дети жили по соседству, много времени проводили у них дома и иногда казалось, что у нее не один ребенок, а полдюжины.
- А как папа?
Не отрывая глаз от пола, Алан придвинулся к матери поближе.
- Нормально. - Секунду помолчав, спросил: - Мам, ты что, собираешься замуж за Гарда?
Женщина растерянно замолчала и, решившись на неизбежный разговор, ответила:
- Он мне не предлагает, Алан.
- А если бы предложил?
- Вышла бы.
- Но я не хочу, чтобы он был моим папой! Он ведь полицейский, мама! Он... он... мерзкий тип! Он...
- Но он не твой отец. В этом все дело, правда?
Упрямец проигнорировал этот вопрос.
- Я никогда его не полюблю!
Мать протянула руку и взъерошила сыну волосы.
- Я не могу заставить тебя любить его, Алан. Но уважение, которого он заслуживает, ты ему оказывать будешь! Иначе запру тебя в твоей комнате и будешь там сиднем сидеть!
- Ну зачем тебе с ним встречаться? Нам ведь так хорошо было без него!
В голосе мальчишки прозвучала такая мольба, что у Мэйбл защемило сердце. Какой же он еще глупенький! Не понимает, как ей было тяжело до того, как в их жизни появился Гард. Понятия не имеет, что такое одиночество. Откуда ему знать, что такое любовь! По своей детской наивности он искренне убежден: стоит ей перестать встречаться со своим знакомым, и их жизнь потечет по-старому.
Как же он ошибается!
- Гард для меня очень много значит, Алан, - спокойно, но твердым голосом проговорила мать. - Ты и он вообще два самых близких мне человека. И так будет всегда. Как бы плохо ты себя ни вел, какие бы фокусы ни выкидывал, я всегда буду тебя любить. Понимаешь, всегда! То же самое относится к Гарду. Неважно, останется он здесь или уедет за тысячи миль, я всегда буду его любить. Так что ради меня и ради себя самого постарайся подружиться с ним! Он может быть тебе очень хорошим другом. Но если ты...
- Ты врешь! - заорал Алан, вскакивая. - Если бы я был нужен тебе, ты бы его прогнала! Если бы любила меня, вернулась бы в Мемфис и жила бы там с папой или позволила бы ему приехать сюда! А ты хочешь, чтобы я водился с каким-то дураком, которого все ненавидят!
Внезапно Мэйбл почувствовала, что страшно устала.
- Иди спать, Алан.
- Мама...
- Иди спать! - повторила она уже более резким тоном. - Сегодня я уже сыта тобой по горло!
И, повернувшись к нему спиной, закрыла глаза, стараясь дышать глубоко и ровно, не прислушиваясь, как за сыном закроется дверь.
Как бы ей хотелось, чтобы с нею рядом был сейчас Гард! Они бы не стали заниматься любовью, а просто легли бы рядышком. Он обнял бы ее, прижал к себе и она почувствовала бы себя легко и спокойно.
Но Гарда с ней не было, так что самое лучшее, что оставалось, - это заснуть. Спать глубоким крепким сном.
А уж во сне увидеть того, кого нет наяву.
Во вторник перед ночным дежурством Гард поехал в собачий питомник, забрал Бизона, потом поставил в гараж свою машину и пересел в служебную, вернувшись в полицейский участок, отправился за револьвером. В отношении оружия существовали неукоснительные правила. Одно из них предусматривало, что каждый полицейский был обязан в начале смены получать оружие, а в конце - сдавать. Гарду иногда даже казалось, что вся его жизнь подчинена строгим правилам.
