Благодаря помощи целителей из Гильдии Целителей и моим собственным знаниям о природе болезни, осталось совсем немного выяснить. Но всё же… Неприятное ощущение глубоко в сердце никак не проходило. Это напомнило мне об одном из тех деревянных конструкторов, которые собирал мой брат Крисс. Зная, что у него есть все детали, он очень расстраивался, когда не мог собрать их все воедино. Что ещё хуже, наш брат Аллин в растерянности заглядывал внутрь, бросал взгляд на незавершенную конструкцию и разбросанные детали и указывал на деталь, которую Крисс искал часами.
Наш отец утверждал, что Криссу просто нужно взять перерыв и посмотреть на проект под другим углом. Возможно, мне следует применить эту логику к проблеме лечения чумы. Я задумалась. Углубившись в воспоминания, я вспомнила свой разговор о чуме с Райном и Керриком перед тем, как мы бросились спасать Мелину.
Мы обсуждали участие Тохона. Он либо создал чуму, либо помогал её распространять. Но не это привлекло моё внимание. То, что Тохон защищал своих одноклассников, стало настоящим сюрпризом. Которому я не уделила внимания из-за дезертирства Эстрид.
Возможно, мне следует сосредоточиться не на жертвах, а на выживших. Как Тохон защитил их от чумы? И почему треть населения тоже выжила? Их он тоже защитил? Трудно править королевством без подданных. Но ещё труднее защитить три миллиона человек.
Возможно, они что-то съели или выпили? Это могло бы объяснить поведение одноклассников Тохона, но не остальных. Ни одна семья не выжила полностью. Само собой разумеется, что все члены семьи едят одну и ту же пищу. Если только это не было что-то с необычным вкусом или странным запахом, которые большинству людей не нравились.
Рыба-косатка из Моря Ронель считалась деликатесом, но большинство людей не могли устоять перед ужасным запахом, чтобы есть её. А большинство тех, кто любил это слизистое блюдо, жили на побережье. Вкусы в еде были разными, а чума распространилась равномерно по всем Пятнадцати Королевствам.
Мне нужно было поговорить с Райном о том, что они ели и пили на встрече выпускников школы-пансиона, прежде чем отвергнуть эту гипотезу. Придерживаясь этой точки зрения, я подумала о духах и одеколонах. Полученные из цветов и растений, они также были очень субъективными — некоторым нравился определенный аромат, в то время как других он отталкивал. Возможно, Тохон опрыскал своих одноклассников. И снова эта гипотеза никуда не приведёт, пока я не поговорю с Райном. Хорошо, что он ещё не уехал в Штаб.
Райн занял уголок в лазарете. Он разделил леди-воительниц Фиделии — так Одд прозвал их — на небольшие отряды, в зависимости от их навыков, и объяснил им свои военные стратегии. Обезьяны и Одд научили их, как передвигаться бесшумно в лесу.
Я подождала, пока Райн останется один, прежде чем подойти к нему около полудня. Прошло четыре дня с тех пор, как Керрик и Блоха ушли, и ещё два дня оставалось до их возвращения. Райн склонился над картой, расстеленной на столе. На пергаменте были отмечены красные стрелки и крестики. Его поза напомнила мне о моём брате Криссе. Возможно, ему тоже нужно было взять перерыв и посмотреть на это под другим углом.
— У тебя есть минутка? — спросила я.
Он поднял глаза.
— Конечно, — указав на ближайший стул, он бросил перо на стол и сел.
Райн больше не выглядел таким затравленным. Но тёмные круги под глазами никуда не делись. Я подозревала, что ему понадобится месяц сна, чтобы полностью восстановиться.
Я поведала ему о своей теории.
— Не мог бы ты рассказать мне обо всём, что вы делали во время этой встречи, включая то, что вы ели и пили?
Он пристально посмотрел на меня.
— Это было… много лет назад. В другой жизни. Я даже не могу вспомнить, что ел сегодня утром.
— Начни с чего-нибудь необычного, особенно когда рядом был Тохон. Что показалось тебе странным.
Райн откинулся на спинку стула.
— Тохон был вежлив со мной. Учитывая, как он разозлился, когда директор объявил короля нашего класса, я был удивлен переменой его отношения. Тохон был не из тех, кто прощает и забывает. Но тогда я предположил, что он повзрослел за последний год.
— Он случайно не уколол тебя или не поцарапал? Или не пригласил тебя разделить с ним трапезу?
— Нет, он не прикасался ко мне, — Райн одарил меня кривой и иронической улыбкой. — Я был достаточно умён, чтобы держаться от него подальше. Как только мы узнали о его магии жизни, мы все стали избегать его прикосновений. Что касается питания, то мы вместе посетили несколько банкетов, как и все вернувшиеся выпускники.
— Он давал тебе что-нибудь? Одеколон? Сладости? Вино? — спросила я.
— Ничего такого, чтобы я вспомнил.
— Ты ел что-нибудь, что раньше не пробовал? Деликатес или редкое блюдо?
Райн покачал головой.
— Прости, Аври. Ничего особенного.
Ничего хорошего. Полагаю, я должна ждать и спросить, когда Керрик вернётся. Я встала.
— Если ты что-нибудь вспомнишь позже…
