Сразу после выступления президента и боя курантов Наташа накинула на плечи шубу, открыла дверь на заметенный снегом балкон и встала в проеме. На набережной под окном начался фейерверк, слышались смех, музыка, веселые крики. Молодежь отрывалась вовсю, не столько салютуя петардами новому году, сколько валяя друг друга в сугробах. Наташа смотрела на расцветающие в черном небе огненные цветы и улыбалась, но к радости подмешивалась печаль. Под Новый год принято подводить итоги, но каковы они у нее? Все получилось? Жизнь удалась? Или все-таки нет? Что ждет ее впереди? И сколько его еще будет, этого самого «впереди»? Хотя думать о таком в новогоднюю ночь было и не положено.
И еще. Она снова одна, пусть это и был ее личный, осознанный выбор…
После Рождества, когда отдохнувшая и даже слегка разленившаяся Наташа собралась снова браться за блог, пришло сообщение от Ленки – дочь ставила в известность, что эпопея с ремонтом наконец-то приблизилась к финалу. Отделочники закончили работу еще в середине декабря, и почти месяц Лена завозила в свое новое гнездышко мебель, вешала шторы и люстру. Ее страницы во всех соцсетях были заполнены фотографиями «аутентичной» квартиры, где крупным планом были сняты обои, паркет и лепнина. Наташа рассматривала все это дорогостоящее великолепие и невольно гордилась – получилось отлично! Да и сама по себе квартира выглядела симпатично: пусть маленькая, но светлая и уютная. Небольшие размеры жилого пространства с лихвой компенсировались огромными окнами, смотревшими во двор. Дверные ручки, электрические розетки, выключатели, плинтуса – все было безукоризненно и подходило одно к другому, «как будто всегда так и было». Хотя Наташа отлично помнила, как выглядела квартира на стадии подготовки к отделке: красно-бурый кирпич, горы сбитой штукатурки, покрытые слоями пыли. Просто не верилось, что на смену этому хаосу рано или поздно придет такая вот красота.
Что и говорить, вкус у дочери был. Ей бы в дизайне интерьеров работать, вести какой-нибудь блог для желающих украшать свою жизнь в стилях ушедших эпох и имеющих на это возможности. Уж Ленка бы там развернулась! И чего ее в Наташину кулинарию вдруг понесло? Ведь раньше никаких особых склонностей к кухонным делам она никогда не проявляла. Пока была маленькой, сколько ни пыталась Наташа заинтересовать ее хоть выпечкой, хоть «салатиками для фигуры», все было впустую.
Впрочем, за ответом на вопрос «чего вдруг ее понесло?» далеко ходить было не надо. Ясно же – оттого понесло, что дело было готовое. Все трудности становления преодолела Наташа, создала блог с нуля, раскрутила, а Ленке осталось лишь протянуть руку и взять. Затевать свой собственный блог, хоть дизайнерский, хоть еще какой, – сколько же будет возни! Это ж собственные шишки придется набивать, ломиться сквозь неведомые дебри и чащи, вкалывая поначалу чуть не сутками напролет. А «развивать» уже готовый и успешный проект – это как раз Ленкин уровень.
Ага, развивать. Вплоть до полного уничтожения.
Сколько ни старалась Наташа поскорее забыть бесславный финал своего первого бизнес-проекта, не получалось. Мысленно снова и снова возвращалась к нему, как возвращаются погорельцы к месту, где стоял уничтоженный огнем дом. Все кончено, один пепел и головешки вокруг. Но все равно – тянет и тянет…
Отдельная серия фотографий во всех деталях демонстрировала главную Ленкину гордость – угловую голландскую печь. Ради этой огромной старинной печи, с изразцами и амурами по верхней кромке, Ленка, собственно, и купила квартиру. Печь смотрелась роскошно: темно-зеленая, поблескивающая свежеотполированными изразцами, она неуловимо напоминала Наташе новогоднюю елку. Причем не современную, а старинную, торжественно возвышающуюся в гостиной в ожидании набега малышни, запертой до времени в детской и изводящей няню вопросами: «Ну, когда будет можно? Когда?!»
У Ленки с Костиком в детстве, конечно, никакой няни не было, но елки они ждали с таким же нетерпением. И Наташа каждый год украшала ее для них, непременно настоящую, с запахом мороза, смолы и хвои – эта традиция пошла в их семье еще от Людмилы Михайловны. Потом, когда дети стали постарше, купили искусственную елку, и Наташа по инерции продолжала ее наряжать даже тогда, когда и Лена, и Костя уже жили отдельно. А с уходом Алексея перестала. Елка словно была символом семьи, который исчез сам собой, когда нечего стало символизировать, – и это было грустно.
Не то чтобы Наташа тосковала по Алексею, совсем нет. Просто… это же так здорово, когда рядом семья. Особенно в праздники.
