Мия обернулась, перед ней стоял он, как тогда, в день прощания в маленьком домике в Риме. Казалось все люди из этого зала исчезли, они одни, и музыка, словно пение ангелов, окружает их. Настолько волшебным и сказочным показался ей миг свидания с супругом, что из глаз потекли слезы счастья. Без стеснения и опаски оказаться раскрытыми в тайной связи между ними, Дениэл утирал слезы любимой женщины. Они смотрели с такой жадностью, стараясь насытиться друг другом как можно больше, но каждая новая минута несла с собой новую тоску и было невозможно победить ее. Ухватив Мию за талию, Дениэл закружил ее в стремительном вальсе, впервые этот танец показался настолько наполненным страсти и чувств, что окружающие наконец обратили внимание на пару, которая кружила в центре зала. Но никто не способен был заметить ту чистую и искреннюю любовь, что переливалась из взгляда одного любящего человека к другому, лишь только заметили, как складно и гармонично движутся два партнера.
– Я не в силах больше быть разлученной с тобой, любовь моя – сказала Мия супругу, и в этот момент она позабыла обо всех преградах, что мешали им быть вместе.
– Мы как можно дольше проведем время вдвоем на этот раз – ответил Дениэл и поведал ей о том, что несколько дней после праздника Мия проведет с ним в его доме в Лондоне, с Китти все обговорено, позже она пришлет свой экипаж за Мией.
Праздник еще продолжался, но для Мии после вальса он уже закончился, она все ждала, как скоро начнут расходиться гости, чтобы вместе с Дениэлом отправиться подальше от всех. Еще несколько танцев с неизвестными и неинтересными кавалерами, еще несколько бесед в обществе молодых барышень, которые только и обсуждали, насколько красив в галантен один джентельмен, и насколько невыгодно смотрится на его фоне друг. Но вот, к счастью, все закончилось и зал опустел, остались только двое. Ухватившись за руки, они быстрым шагом вышли на крыльцо, подкатила коляска и две фигуры скрылись за дверцей кабинки.
Минуя двери, прихожую, и попав в богато обставленный зал, Мия не ощущала себя хозяйкой имущества супруга. Она смотрела на все чужими глазами, и понимала, что нет для нее больше родного и милого ее сердцу гнезда. Ровно, как и в доме родительском, здесь она так же ощущала себя гостьей. Мистер Форс заметил перемену на лице Мии и тут же увлек ее беседой. Они расположились у камина, она всем телом желая ощущать его присутствие, плотно прижалась к нему. Дениэл время от времени подкидывал дрова в угасающий огонь, и пламя разгоралось как можно сильней, согревая двух молодых людей. Мия все пыталась разгадать тайну своей любви к мистеру Форбс, рассматривая его как можно внимательней, но так и не удавалось найти причину, по которой ее сердце выбрало его. Мистер Форбс, смотрел на лицо любимой женщины, на котором играли тени от огня, меняя выражение глаз с веселых, ярко-желтых, на темные, пустые, наполненные тоской и печалью. Он восхищался ею, и все слова любви, что существуют на земле, не могли бы выразить то чувство, что он испытывал к ней. Насколько ценен миг, что с таким трудом им удается заполучить, знали лишь они одни. Они заключили друг друга в крепкие объятия, что ни одна сила не могла бы их разнять. В таком положении провели ночь, обхватив друг друга, как самое ценное сокровище и предавались сну.
Утро следующего дня было тем самым, загаданным утром в ее мечтах, когда нет необходимости разлучаться, есть только они двое и впереди так много времени, что украли они у судьбы для себя. Дениэл провел маленькую экскурсию по поместью, заочно познакомил со всеми родственниками, портреты которых красовались в библиотеке и гостиной. Прогуливаясь по просторным комнатам холостяцкого имения, невольно закрадывается мысль, что прежняя миссис Форбс так же, шумя многочисленными тканями платья или возможно в утреннем халате переносилась из комнаты в комнату в поисках книги своей или еще чего. Столько вопросов о их жизни было, но Мия не могла удовлетворить свое любопытство и молчала, не знала, как правильно спросить, как поставить вопрос, а Дениэл и не стремился о ней заговаривать, для него была сейчас только новая жена и все мысли были сосредоточены на ней. Так как всю прислугу Дениэл отпустил на эти дни, приготовление завтрака он брал на себя, но Мия не позволила ему это сделать, опасаясь, что они останутся голодными, а ей готовка дастся без труда, так как по наставлению матери, она часто помогала на кухне.
