И то, что самая обычная семья из Рыбинска может таить в себе давние тайны, которым рано или поздно суждено выйти на поверхность, а истинная светлая магия лежит далеко за пределами понимания человеческого, и не имеют над ней власти людские страхи, предрассудки и время.
– Ты ошибся, Алекс, – прошептала Соня, глядя, как страшные Врата совершают очередной рывок к земному миру, становясь еще выше и ближе, и какими хрупкими кажутся по сравнению с ними воронки всех вампирских армий. – Тайному миру я сейчас очень нужна, потому что далекий маг Ольга Огнева из прошлого передала это послание… для меня.
Гильс, прищурив глаза, наблюдал, как призрачный серый балахон, будто капюшон готовой к броску кобры, колышется в темноте.
Призрак медленно приближался, и Гильс осторожно тронул Владу за плечо. Та встрепенулась и открыла усталые глаза, недоуменно вглядываясь в окружающий их кромешный мрак.
– У нас гости, – глухо произнес вампир, и по его тону Влада поняла, что речь не о Егоре.
Она вдруг поймала себя на мысли, что жалеет о пробуждении, настолько хорошо ей было забыться сном, убаюканной чем-то, что рассказывал ей Гильс, прижавшись к нему и слыша биение его сердца. И можно было не спрашивать, кого сейчас увидели в непроглядной для нее темноте его зоркие глаза.
– Нет, это вы мои долгожданные гости, – раздалось тихое шипение из мрака, и Влада заметила зависший в пустоте балахон с капюшоном, от которого исходило легкое серебристое свечение. – Я долго ждал, но не рассчитывал на такой богатый улов.
– Рановато еще радоваться, Николас Венго, – спокойно отозвался Гильс, заслоняя Владу собой. – Нуара сохранила свою память, и все, что ты сделал с моим миром, из тайного стало явным.
– Ты назвал меня Николасом? – Призрак зашелся от скрипучего каркающего смеха. – Глупец, Николас Венго исчез в тот момент, когда получил бессмертие. Тебе же, вампир, пора признать мою власть и назвать меня своим повелителем.
– Размечтался, мертвяк, – презрительно бросил Муранов. – Мои предки правильно предпочли гибель. В своем страшном вековом одиночестве тебе тут крайне паршиво, верно?
Очевидно, что эти слова задели мертвого мага, и он оскалился в ярости.
– Демоны Нуары были глупцами и заслужили то, что с ними случилось! Я обошелся без них, собрал другую армию, другим способом! Призраков я собирал годами, веками! Оглянись по сторонам и увидишь. Это ли одиночество?
Со всех сторон из бесконечного мрака вдруг начали проявляться полупрозрачные серебристые силуэты: абсолютно одинаковые, в плащах и капюшонах, с безвольно опущенными вниз головами и упавшими руками. Сквозь ближний ряд призраков просвечивал следующий, дальше еще и еще до бесконечности: тысячи слуг некроманта со всех сторон окружили скалу, которая летела в пустоте.
– Узнаете среди них своих друзей, родных? – издевательски поинтересовался некромант. – Узнала ли девчонка своих вампирских родичей? А ты, наглый мальчишка, кого-то из друзей? Не-ет, вам их не узнать. Все они услышали реквием нечисти перед тем, как стать призраками. Я копил их жизни, я готовился…
Влада с ужасом всматривалась в эти одинаковые безмолвные изваяния, гадая, кто из них может быть ее погибшим братом Арманом, которого она часто вспоминала с грустью, ее отцом, преподавателями из Утесума, погибшими когда-то. И хотя лицо Гильса осталось бесстрастным, в глазах заполыхала затаенная боль.
– Если мой отец и брат здесь, – услышала вдруг Влада свой собственный громкий голос, – то по принуждению и против своей воли. А Венго постарались стереть память о твоем вероломстве, поэтому в истории тайного мира тебя нет.
– С-супер, разозлила, – тихо сказал ей Муранов на ухо, слегка переместившись и сжав ее плечи так, будто готовился к прыжку, потому что слова эти вызвали приступ ярости мертвеца, и его шипение оглушило обоих.
– Я сделал правильный выбор… Сколько здесь погибших вампиров, не счесть! И каждый уходил во Тьму со своей нежитью, и мир смерти умножил эту нежить в тысячи раз. В тысячи! Я стал правителем огромного мира, и у меня армия, которая…
– Ты самозванец, сама Нуара не признала тебя и не подчинилась, – жестко перебил некроманта Темнейший. – Настолько не подчинилась, что здесь даже нет земли под ногами.
– Молча-ать!!! – раздалось шипение, костлявые руки затряслись и потянулись к двоим, которые еле удерживались на скале.
Гильсу удалось разозлить некроманта гораздо больше.
– Твоему бессмертию уже подходит конец, мальчишка, – глухо заклокотал мертвец. – Ты ослаб, остался без своего паучья, уже бредишь. Ты бросил тех, кто остался на земле, и они видят, как Тьма приближается с каждым часом. Они ведь считают, что ты их всех предал, и будут проклинать тебя в тот миг, когда начнут гибнуть из-за тебя! А это будет очень скоро, потому что Тьма больше не замурована, как раньше… Путь в земной мир снова открыт! Так ворвитесь же на землю и растерзайте всех, кто раньше подчинялся этому жалкому мальчишке!
