Я беспомощно посмотрела на Алекса.
Эта речь всколыхнула во мне давно забытое чувство — угрызения совести.
— Ты чего? — спросил советник.
Но ответила я Риду:
— У меня еще очень много тайн.
Он в ответ заржал, как боевой конь из конюшен его величества.
— Уж я тебя понимаю, у меня не меньше.
Ну и что мне сказать. Есть часть секретов, которые касаются его и императора напрямую.
Но Майкл не стал больше ждать:
— Дай хоть посмотреть на кинжал, — попросил он.
Я протянула ему ритуальное оружие.
Рид повертел его в руках, взвесил на ладони.
— Ничего не чувствую, — сказал он. — А ты? — спросил у Алекса.
— Чувствую темную силу. Анна правильно сказала, как у Куба Правды.
Рид нахмурился:
— Значит, его сделал Темный Бог?
— Да, если считать, что Куб его рук дело, — пожал плечами советник.
— Ладно, — Майкл вернул мне кинжал. — Давайте думать.
И мужчины начали мозговой штурм.
Они вычисляли, сколько людей взять с собой. Какое оружие и в каких количествах понадобится. Нарисовали несколько схем на разные случаи: если внутри засада, если засада снаружи и нас заблокируют в пещере, если император уже мертв, и так далее.
Никто не сомневался, что это ловушка.
Я в основном тихонько сидела, иногда уточняя, например, поместятся ли там сто человек. Или возможно ли обойти пещеру и устроить стрелка сверху.
Около полудня сделали короткий перерыв на обед.
Рид пытался отговорить Александра от его участия. Собрать в одной пещере двух оставшихся темных слишком большой риск для империи.
Но советник уперся рогом ничуть не хуже меня.
В итоге Майкл назвал его упертым ослом, но отступил.
Еще примерно час мы потратили на обсуждение разных стратегий, и мужчины засобирались. У них было еще много дел — отобрать людей, подобрать подходящее оружие, распределить отряд по автомобилям и так далее.
Я, осознав, что мне нечем заняться до полуночи выпросила у Рида встречу с Анабель.
Кто знает, переживу ли эту ночь?
Майкл деликатно вышел, оставив нас наедине с советником.
Он подошел и обнял меня.
— Жду тебя в девять, — сказал он. — Ты обещала переехать сегодня.
Улыбнулась куда-то в его пальто.
— Как скажете, ваше высочество.
Мужчина сжал меня так, что я пискнула.
— Не дразни меня, — прошептал он мне в ухо.
— Вот еще, — пошла на попятный.
Он оставил легкий поцелуй на моих волосах, и пошел к двери.
— Алекс, — окликнула я.
Обернулся.
— Может, написать Сатхи? Или съездить в обитель и просто поговорить?
— Нельзя, Ани. Если она поймет, что мы знаем, убьет Ника.
Я кивнула, соглашаясь с доводами.
Александр ушел.
Я написала Тому, пригласила его с собой к Анабель. Дети были знакомы, и вроде бы хорошо поладили.
Приведя себя в порядок, первым делом отправилась к господину Стейну. Оформила наследство: большую часть оставила ему при условии, что позаботится о Томасе. А родовой замок Балестров и близлежащие земли завещала Анабель. Уверена, у Рида хватит денег обеспечить ей безбедное существование, но замок принадлежит ей по праву рождения.
Остаток дня провела с самыми дорогими людьми. Анабель рассказала мне все свои секреты, познакомила со всеми куклами и щенком.
Меня постоянно терзала мысль: есть ли у этих детей будущее? Что ждет их, если мы не справимся?
Зачем они появились на свет? Чтобы сражаться за собственную жизнь и кусок хлеба, а утонуть вместе с континентом?
Том заметил мое напряжение. Этот проныра заболтал меня так, что я сама не заметила, как рассказала ему треть плана.
Растет достойный приемник лорду Риду. Хотя, если он унаследовал талант отца к щитам, за будущее баронета можно было не переживать. Если у нас получится остановить апокалипсис.
В девять я стояла у городского дома Александра.
Постучала в дверь без капли сомнений. Я всё для себя решила.
Он открыл сам. Замер на пороге.
— Да не угаснет Свет, — поздоровался.
— Да не ослабнет Тьма, — ответила в унисон.
— Знаешь, я передумал, — огорошил советник. — Я обещал, что не трону тебя и пальцем, но это было давно.
Я закусила губу.
— Если войдешь, больше не отпущу, — прямо сказал Александр.
— Буду драить подвалы в неглиже? — припомнила его мотивацию.
Он расплылся в кошачьей улыбке.
— В неглиже, — кажется, только эта часть фразы достигла его слуха.
Александр протянул мне руку. Я без колебаний вложила в нее свою.
Переступила порог и едва успела осмотреться, как мужчина притянул к себе, заключил в объятьях и впился голодным поцелуем в мои губы.
Ласка на грани пытки. Касания, заставляющие забыть, кто я есть, но позволяющие осознать, зачем я есть.
Я готова простить судьбу, Богов и мироздание за все потери, если они вели меня сюда.
Хлопнула, закрываясь, дверь.
Мы не отрывались друг от друга.
Алекс целовал то нежно и едва касаясь, то глубоко и жестко, сминая мои губы. Мне нравилось все, что он может предложить. Я с энтузиазмом отвечала, гладила волосы, запускала руки под рубашку и кусала его губы.
С трудом оторвалась от мужчины, чтобы предупредить:
— У меня есть еще одна тайна, самая страшная.
— Потом, — не впечатлился Александр. — Всё потом.
И снова притянул меня к себе.
От касания шершавых ладоней к шее по телу пробегали сотни мурашек, требуя продолжения.
