Наконец они дошли до ската покрытой застарелой грязью крыши парадного зала. Теперь солдатам снизу их было уже не увидать, и дальнейшая дорога в сторону Южной башни выглядела сравнительно безопасной.
Теперь им стало видно, откуда разливается красное сияние. Пламя вырывалось из окон на верхних ярусах Западной башни, в дальнем углу замка. Дым плыл тяжкими клубами, искры снопами вылетали в вечернее небо. Крики, стенания мужчин и женщин, лай и вой собак, сливаясь с гвалтом сражения, доводили ужас и смятение наступающей ночи до немыслимых высот.
Они пробежали по крыше над покоями Бальдемара, потом вскарабкались по наклонной стене галереи до края серой Южной башни, в которую и проникли через глубоко врезанное в стену окно, из которого на помощь к ним протянулись чьи-то руки. Уже очутившись внутри, они услышали шум боя из оружейной палаты, находившейся прямо у них под ногами, но Таррант, заспешив, увел их оттуда и через боковую дверь вывел на восточное крыло южной стены. Здесь на зубцах стены были закреплены веревки, свободные концы которых спускались на землю уже снаружи замка. Ребекка посмотрела вниз, поняла, с какой высоты ей предстоит спуститься, и от одного этого ее замутило и закружилась голова. Но все же она разглядела в полумраке, что внизу их ожидают еще какие-то люди и у них есть лошади.
— Это друзья. — Таррант, успокаивая, положил руку ей на плечо. — Как ты думаешь, справишься?
— Конечно, — ответила Эмер за подругу.
Двое солдат были уже внизу: перехватывая руками веревку, ногами они отталкивались от каменной стены, чтобы не биться об нее под напором ветра. Эмер подняла юбки, ухватилась за одну из веревок и тоже начала спуск, стараясь во всем следовать примеру мужчин. Ребекка, обмирая от страха, проводила ее взглядом.
— Это довольно просто, — приободрил ее Таррант. — Только надо покрепче держаться за веревку. Мы не дадим тебе пропасть!
Ребекка в последний раз окинула взглядом двор замка, где сейчас царил страшный переполох, ухватилась за вторую веревку и соскользнула со стены, не позволяя себе бросить взгляд вниз. Руки и плечи у нее скоро заболели, а ладони стерлись о грубую веревку, ногами она то и дело пребольно ударялась о камень стены. Недолгий спуск растянулся, казалось, на целую вечность — последнюю часть она не столько преодолела, сколько просто-напросто пролетела. Когда, беззвучно плача, она почти свалилась на землю, ее подхватили и осторожно поставили на ноги заботливые руки.
Несколько мгновений спустя на земле оказались и Таррант с последними спутниками. Не давая себе ни секунды отдыха, они принялись за дело. Кони уже ждали. Таррант с ножом в руке шагнул к Ребекке. Не угадав его намерений, она в ужасе отпрянула, но он уже опустился перед ней на колени.
— Прошу прощения, — мягко проговорил офицер и осторожно сделал разрез на подоле ее платья. — Так будет удобней ехать.
Затем он проделал то же самое с юбками Эмер. Как только обеим девушкам помогли забраться в седло, вся группа снялась с места. Путь всадников и всадниц лежал на восток — между Крайним Полем и остающимися с юга от них соляными равнинами.
Ребекка никогда еще не скакала с такой скоростью; она натянула поводья и припала к конской гриве, так и не успев понять, что, собственно говоря, происходит. Ветер развевал ее золотые волосы, словно знамя, и осушал слезы, бегущие у нее по щекам, — слезы, причиной которых были и радость, и страх, и обида, и гнев. Собственное спасение не могло не радовать девушку, но надругательство, совершенное над ее родным домом, и страх за оставшихся там родных и близких заставляли ее дрожать от гнева.
Какое-то время спустя Таррант сбавил темп, он ехал, то и дело оглядываясь через плечо. И вот к ним присоединился одинокий всадник.
— Нас кто-нибудь преследует? — спросил у него Таррант.
— Вроде бы нет. — Пайк — а это был он — торжествующе ухмыльнулся. — Скоро Крэнн начнет кусать себе локти.
— Как это убежали? — Лицо Крэнна исказила дикая ярость.
Капитан стоял прямо, но в глазах у него играл страх.
— Им помогли, мой господин, — собравшись с духом, доложил он. — Они забрались на крышу, перебрались на южную стену, а потом спустились с нее.
Его объяснения никак не устроили Крэнна.
— Дурни несчастные! — заорал он. — Я ведь велел вам ее сторожить! — Его затрясло от ярости, и он чуть не набросился на своего капитана. — Какой дорогой они поехали?
И как раз, когда тот отвечал, в комнату вошел Фарранд.
— На восток. За стеной их дожидались кони.
— Коня и мне, — распорядился Крэнн. — И собрать Красный отряд.
— Слушаюсь, мой господин.
Капитан бросился было исполнять приказ, но Фарранд жестом остановил его.
— Отпусти ее, — приказал барон. — Дай ей уйти.
— Нет!
Жажда отмщения пересилила в душе у Крэнна все остальное.
— Она нам не нужна, — спокойно возразил ему отец. — То, за чем мы сюда пришли, находится здесь — и оно никуда от нас не денется.
— Но…
Крэнн стиснул кулаки так, что костяшки пальцев побелели.
