— И аппетит у меня сногсшибательный, лучше, чем у живых. Я разумен. Правда-правда. А как я в шахматы играю — закачаетесь. Хоть святых выноси. Каждый раз мат и шах я ставлю уже на первом ходу. Короли при одном моём появлении начинают подавать в отставку. Один раз конь у меня сделал рокировку с ферзём. Правда, ферзь был не в курсе.
— Он… э… не может, — наконец выдавил из себя распорядитель, на что Смешинка печально вздохнула:
— Ну вот, Дреки. Ты опять никому не нравишься. Говорила тебе, работай над голосом. Такой дурацкий!
Первый бой дня был между Смешинкой и Люцифраном, человеком, управляющим тенями. Крыс каким-то образом смог узнать их соперников ещё до боёв, а Первак разузнал его слабость — направленный свет. Поэтому у Смешинки за пояс было заткнуто зеркало, с помощью которого она должна была отражать удачно падающий сверху свет Дневила.
Из-за благосклонности Доминики компания Мрачника получила места на высоком ярусе, рядом с Тамуром.
— Я слышал, что первый бой будет с человеком-тенью. Даже в бою не скрыться от этих подлостей и скрытности. Во дворце от них не спастись, так они привносят это и в битву, которая должна быть простой и честной, — пробормотал генерал себе под нос.
Мрачноглаз вспомнил, как армия Дневилоловов была атакована в спину, когда отвлеклась на дым на их чудовище. Битва должна быть честной и простой, но можно и потратить время на скрытый обход и выжидание удобного момента.
— Скажи главному интригану, что мы поняли, что он главный интриган, — шепнул Мрачноглаз на ухо Сэйфо. Тот было потянулся к мочке уха, но вовремя остановился и обратился к Тамуру:
— Эммм… Мрачноглаз думает, что вы главный интриган.
Тамур насмешливо взглянул на Мрачноглаза и нарочито медленно коснулся своей мочки уха:
— У них на Пустоши такие главные интриганы? Ну что ж, раскусил он меня. Арестуйте меня, пожалуйста, пока я не успел сплести дворцовые интриги прямо в казарме, — он театрально свёл запястья. — И да, я тренируюсь, потому что главное оружие интригана — его кулаки и клинковый посох. Заставляю танцевать благородных как марионеток прямо во время битв.
— Он смеётся над твоей глупой теорией. Довольно смешно, между прочим, — шепнул Сэйфо Мрачноглазу. — Она действительно глупая, какой кажется, или у тебя есть доводы?
— Конечно. На него никто не подумает, — ответил Мрачноглаз.
Сэйфо ничего не сказал, только всё же коснулся уха.
— Я всё равно не понимаю: здесь будет происходить бой, а мы просто будем смотреть? Как-то стыдно и позорно, — заявил Пискля из-за плеча Принцессы, которая сидела по другую сторону от Мрачноглаза.
— Может быть, нам разрешат бросать камни в проигравшего, — обнадёжила свой меч девушка.
— Дайте боги, — понадеялся меч.
— Наш первый участник сегодняшнего боя — Смешинка! — над ареной раскатился чем-то усиленный голос Семирамида, который сидел в специальной каменной будке, выступающей на арену и защищённой решёткой. — Умертвие-капитан того зловещего корабля в порту. Сможет ли её нечистая сила и опыт убийства тысяч пиратов и невинных моряков помочь ей в сегодняшнем сражении, ведь сегодня она в стихии не бурь и вод, а в жаре нашей земли и ваших сердец, уважаемая публика?
Массивная железная решётка поднялась, выпуская Смешинку. Она прошагала на середину арены, сопровождаемая редкими хлопками ладоней зрителей, и гордо упёрла руки в бока. Зрители были в замешательстве, оглядывая друг друга в поисках тех, кто поддерживает ожившего мертвеца, убившего тысячи невинных.
— Ей будет противостоять… Ой, замена? Но… Ладно-ладно, — голос распорядителя сбился, но потом снова вернулся к своему пафосному тону. — Стужа (он произнёс это слово с акцентом, явно не понимая его смысл), ураган из далёких северных земель! Ха, выходит, Смешинка всё же будет в своей стихии. Он… Он любит драться полуголым и обожает выпивку, — заодно ведущий озвучил все свои стереотипы о севере.
Другая решётка, менее смазанная и скрипящая, поднялась, выпуская синекожего северянина. Мрачноглаз за свою жизнь видел двух северян: один был Северянин из его клана, а другого он видел в Истине, и этот был похож на него яркими голубыми глазами и белыми волосами, спускающимися на лицо. Нижнюю часть его лица скрывала чёрная маска с двумя прорезями для дыхания. Его тело было облачено в плотно облегающую чёрную броню с рельефом человеческих мышц. Но самыми странными были его конечности: заметно длиннее обычных, почти вдвое, но, кажется, не могли удержать его тело только на двух, как у нормальных людей. Этим можно объяснить, что он передвигался, припав к земле на все (в своём распоряжении) конечности, плавно перемещая свой вес, как изящный хищник.
— Это Броня Ловкости, уважаемая публика. Надеюсь, он не будет пользоваться всеми её преимуществами, чтобы не лишать нас зрелища! — продолжил Семирамид.
