Капитан Смешинка рукой, словно протирая тело от грязи, выбила мечи из себя и отняла новый меч у плечевой скелетной руки (не совсем отняла — рука осталась держать меч, только теперь в руках Смешинки). Капитан нанесла удар, расколов чужой череп, и тут же получила несколько новых.
— Это удачное место для обороны. Достаточно узкое, чтобы драться только с тремя, но она не умеет драться, — резюмировал Первак.
— А зачем уметь драться, если ты точно переживёшь любой бой? — флегматично заметил старпом.
Смешинка пнула некроманта за борт, и на его место тут же встал новый. Эта атака стоила умертвию ещё несколько пропущенных ударов и один заблокированный прямо её рукой. Послышался звон металла.
— Это великолепно! — восхитилась Принцесса.
Прошло немного времени, прежде чем пройти ещё немного времени, а затем прошло много времени.
— Когда это закончится? — страдающим голосом спросила Принцесса.
В какой-то момент, когда некромантов стало совсем мало, они наконец-то сообразили, что проиграли, и бросились к лодкам, а некоторые просто попрыгали за борт.
Довольно вытирая нос, Смешинка подошла к компании. Она была вся в крови, но не своей (из её сухой плоти ничего не вытекало). В её ранах виднелся металл, но плоть уже начала затягиваться. Команда расколотой “Солёной Императрицы” начала забираться на борт.
— У тебя внутри металлические кости? — спросила Принцесса, обрадованная окончанием затянувшегося боя.
— Да, — гордо ответила капитан, рассматривая свою руку, которой она блокировала удары. Теперь она напоминала металлическую палку с изрезанной кистью на конце.
— Тогда ты не можешь плавать, — заметил Мрачноглаз.
— И где ты был, когда я вставляла в себя стальные кости? — раздосадовано спросила капитан.
— И как ты регенерируешь? Ты же… ну, мёртва, — не унимался парень.
— Я в богомерзкие некромантские дела не лезу и вам не советую. Тёмная это вещь, злая, — сказала нежить. Потом разговор ей надоел, и она направилась вглубь своего нового корабля. — Так, где мой плакат?
“Солёный” медленно переворачивался брюхом к небу, а “Императрица” уже это сделала.
Проследив за взглядом Мрачноглаза, Трансформо, который в виде нагромождения мясных прямоугольников, подошёл к нему и присоединился к рассматриванию бывшего корабля:
— Не переживай — “Императрица” была старушкой по меркам кораблей. Верно служила нам две недели и ушла как настоящий боевой корабль.
Команда быстро освоилась на новом корабле, как будто у них был богатый опыт перехода на другие суда. Прошло ещё пару дней, в котором произошло лишь одно интересное событие — из воды вылетела стая рыбьих альм с прозрачными крылышками и острыми прямыми палочками-конечностями. Некоторые из них облепили корабль, и его паруса тут же были спущены, а команда принялась за ловлю незваных гостей. Их мясо оказалось нежным и даже немного сладким.
“Червебог” двигался вдоль пустой полоски земли, которая, хоть и не была совсем узкой, позволяла увидеть воду с другой стороны. На этом перешейке никто бы не смог укрыться, и караван из хряков, который легко обнаружили все на корабле, не стал исключением.
Корабль встал на якорь, а Мрачноглаз, Бэзил и Первак отправились на лодке приветствовать караван. Их встретили Дети Огня на полосатых пегах с приготовленными бумерангами в руках, но, увидев Мрачника, южане расслабились.
— О свет моей надежды! — сквозь своих людей протолкался Фатронь и обнял Мрачноглаза. — Я знал, что тот человекоподобный зверь ничто перед многомудрым гостем моего каравана.
— Дальноход приветствует дальнохода, — закряхтел Мрачник в неожиданно сильных объятьях толстого человека.
— Да пронесём мы частичку дома ещё дальше! — Фатронь отпустил парня руками, но не глазами. Заметив повязку на глазу, хозяин каравана нахмурился, но никак не прокомментировал её. — Что же мы стоим? Явсур, Фата, железные мои, готовьте стоянку и пир, наш общий друг вернулся!
— Спасибо, Фатронь, но меня ждут на корабле. Я направляюсь к вам на родину, чтобы попросить воздушные корабли. Есть ли у тебя совет для меня?
— Помнишь, я говорил, что мне всё равно: Небоокий Император или Доминика Захватчица? — Фатронь посерьёзнел и расправил плечи. Мрачноглазу даже показалось, что перед ним стоит другой человек, хоть и в близком родстве с Фатронем. — Мне всё равно на них, но если выбор будет между ними и Истинным Пламенем, то я выберу Пламя. Разожги угли, мой многоязыкий.
Наблюдая за тем, как остальные Дети Огня переглядываются, Мрачноглаз осознал, что Фатронь в этот момент говорит на Внутреннем Королевском.
— Я… постараюсь, о гостеприимнейший, — с неловкостью произнес он.
Фатронь тут же повеселел и вернулся в себя прежнего:
— Я не могу оставить свой караван, а твой ужасающе выглядящий корабль слишком мал для него. Но я не могу оставить тебя без проводника. Сэйфо, сын мой! Будь с нашим железным Мрачноглазом, покажи ему красоту и усмири для него ярость нашего дома.
Вперёд выступил Сэйфо, на этот раз он носил верхнюю одежду:
— А где твоя подруга, пустынник? — спросил он.
