Мрачник увидел ещё одного члена команды — высушенный синеватый человек с грубыми пучками рыжих волос на голове и подбородке. Он словно состоял из сухих жил.
— Смяутрите под ноги. Не намяуступите на Плосконоса и Кайзу, — предупредил котопарень. А потом, ещё подумав, загадочно добавил: — А имяугда и Трансформяу.
Компания спустилась в недра корабля и пошла по тёмному коридору.
— Очень интересный капитан у вас, — дипломатично заметил Мрачноглаз.
— И вы сами очень интересные. Я не имею в виду очевидное то, что вы представляете собой выставку для глумливых богатеев, а то, что вы терпите такого капитана, — недипломатично отметила Принцесса.
— Писк! — поддержал или осудил одного из говоривших Крыс.
Первак ничего не сказал.
— Надейтесь, что не мурзнаете, почему Смяушинка наш камяупитан, — если Бэзил и хотел сказать что-то угрожающее, его милый акцент сделал это невозможным.
При раздаче камлют Мрачноглаз отвлекся на кошачьи уши Бэзила (
— Повезлоу. У тебя камлюта с зеркалом, — сказал Бэзил, пропуская Мрачника в его камлюту.
— Зеркало? Что это? — парень резко обернулся.
— Оу, такое знамауние мауира? — химера указал когтистым ногтем на круглую рамку вокруг чего-то серебристого на стене. — Показывает тебяу. Ну, мяу порау.
Бэзил ушёл по своим кошачье-человечьим делам, а Мрачноглаз уставился на зеркало и парня в нём.
Мрачноглаз смотрел на зеркального Мрачноглаза, тот отвечал ему тем же. До этого он видел себя в лужах, но теперь смог рассмотреть свои лобные морщины, повязку на глазу, серый, даже чуть белый зрачок оставшегося глаза, а также всеобщее напряженное лицо.
В камлюту ввалился незнакомый человек — маленький лысый старичок в закрытом плаще и держащий в руках куколку с длинным носом и эполетами.
— Ох, простите, я думал, каюта свободна. Я искал тишины, чтобы вылечить отдавленную ногу Кайзы, — произнёс он.
Тот, кого Мрачник принял за куколку, замахал руками и заговорил довольно низким для своего размера голосом:
— Да я бы вас всех разорвал, сожрал ваши души и выплюнул их в колодец безвременья. Но сегодня вы мне нужны — на обед — крабокамбала.
Старичок же начал увеличиваться в размерах, обретая эльфийские черты, и вскоре превратился в высокого молодого эльфа, держащего Кайзу. Его одежда тоже изменилась, превратившись в белый халат.
— Ты Трансформяу? А это Кайза? — догадался Мрачник.
— Трансформо, — поправил новый эльф, и его лицо начало покрываться золотой чешуёй. Он всё же решил сесть на стул и, посадив Кайзу на колени, заняться его ножкой. — Хотя, являюсь ли я Трансформо, это не такой простой вопрос. Если заменить каждую часть корабля, будет ли этот корабль старым или новым?
— Это вопрос слов и их значений, — немного подумав, ответил Мрачноглаз. — Было бы в нашем языке слово, ну, например, бессмысленный набор звуков — тисий, означающее вот то, что ты описал, то твой вопрос звучал бы: “Есть тисийский корабль. Он старый, новый или тисийский?”
Трансформо пристально задержал на парне взгляд теперь уже альмовских глаз на альмовской морде (теперь лечитель ноги отдалённо напоминал выросшего Крыса):
— Не прими за оскорбление, но у тебя разум мага.
— Не приму. Но тебе лучше закончить с комплиментами. Насовсем. Другие могут подумать, что, называя их прямым оскорблением, ты хочешь их… ну прямо оскорбить.
Трансформо сосредоточился на ноге маленького человечка, ненадолго прервавшись, чтобы превратиться в комод. Когда они ушли, Мрачник прилёг на кровать и начал вырезать древопись на палках. Он полежал, разглядывая обстановку: кровать, стул, стол и свечу на подставке. Вскоре рассматривать стало нечего, и он решил выйти на воздух.
