Четыре мощных когтистых лапы, громадное тело без намека на шею, увенчанное приплюснутой головой с крокодильей клыкастой пастью, полной конических зубов. Тело монстра было словно отлито из прочнейшего полимера, ни намека на чешую или кости. Лишь расчертившие тело линии, мерцавшие фиолетовым светом, говорили — существо было порождением альвы.
Чудовище, сотканное из мнимой материи, противоречащее самой природе. Я ощущал его тяжелый, кровожадный взгляд.
Миг — и оно замахнулось лапой для удара. Я машинально ушел в скачок, наводя ствол на его голову, спуск!..
Тагильский шедевр бесплодно щелкнул пустым затвором — пусто… и через миг громадная лапа смахнула меня как тростинку. Едва не выронив оружие, я отлетел назад и, кубарем прокатившись по земле, ударился о скалу. Оглушенный болью, я поднялся на колени и рубанул мечом, вливая альву в пистолет. Единственный шанс!
Тварь метнулась на меня с неожиданной прытью. Сцепив зубы, я ушел перекатом назад, а монстр бил в землю, где я стоял, двигаясь след в след. Прекрасно, это тебя и погубит!
Дождавшись нового удара, я рванулся вперед и всадил клинок в лапу твари. Брызнула черная жижа, а мой ствол уперся в тело чудовища.
— Да пошел ты!..
Я нажал спуск — и тварь мотнулась в сторону с невероятной ловкостью. Небо прорезал ослепительный луч и, истаяв за секунду, погас.
Ещё не всё!..
Отбросив пистолет, я ушел в скачок, на ходу зачерпывая силы бездны. Мерзость наполнила ладонь, послушно собираясь в ней — еще можно ударить, он сзади, давай!..
Я развернулся, как могучий удар на бешеной скорости вдавил меня в землю. Пистолет отлетел в сторону, шоркнув о камни. Громадная лапища прижала мою руку к камням, тяжеленная, как гранит. Чудовище склонилось надо мной и раскрыло массивную зубастую пасть для укуса.
Ну нет, не достанусь я тебе… влив альву в правую руку, которой еще мог пошевелить, я сглотнул кровавую слюну и приготовился вызвать клинок. Сунется — и лезвие пронзит его черепушку. И в этот миг чудовище остановилось.
— Давай!.. — процедил я, скалясь. — Отгрызи мне голову, ну же!..
Глаза твари смотрели прямо на меня, между нами было едва ли больше метра. У него не было зрачков, но я чувствовал этот взгляд. Пронизывающий. Задумчивый.
Чудовище с хриплым свистом втянуло воздух, словно обнюхивало меня с головы до ног. На миг замерев, зверь убрал лапу с моей груди и двинулся назад, хрустя окровавленной галькой.
Я выпал из скачка, не веря своим глазам. Тварь зачем-то склонилась всем телом, издавая вибрирующее клокотание… и шатнулась от мощнейшего удара в бок.
Лиливайсс влетела в него как таран, пронзая копьём насквозь, кувыркнулась через распахнутую в немом крике крокодилью пасть — и крикнула.
— Добей!..
Но я и так знал, что делать. Ослепительный луч вонзился в раскрытую грудину монстра, прожигая громадную дыру. Чудовище с гаснущим рёвом рухнуло на землю и окуталось оранжевым свечением, медленно распадаясь на хлопья энергии — чистой альвы.
— Цел?
Я поднялся и быстро подхватил пистолет. Отступившие на приличное расстояние альвитры еще не пришли в себя, нельзя упускать времени.
— Лили, уходим! — я подхватил оброненный пистолет и кивнул на опустевший проход между скал.
— Ядро! возьми его ядро! — она указала на землю.
Среди залитых кровью камней лежал неровный обломок алого кристалла размером с грецкий орех. Я поднял его, сжал в кулаке и бросился за Лиливайсс.
Перемахивая булыжники и скользя по каменным осыпям, мы промчались до дороги за считанные минуты. Наконец, впереди показались свет фар и очертания стоявших на дороге грузовиков.
Охранения никто не выставил, но пулеметная турель сразу же повернулась к нам, стоило приблизиться. Из-за камня на обочине высунулся перепуганный солдат и посмотрел на меня круглыми глазами.
— Стой!..
— Свои, — отмахнулся я, сплевывая слюну с привкусом крови. — Где командир? Где остальные?..
— Во второй машине, — он махнул рукой назад. — Там что случилось-то?..
— Альва-прорыв, всё потом скажем… — я оглянулся на Лили — девчонка она, конечно, стойкая, но даже кодексы выматываются от боя.
— Всё, больше не могу… — дойдя до грузовика, Лили опустилась на колени и хрипло втянула холодный ночной воздух.
— Отдохни, малышка, ты просто молодчина, — я хлопнул её по плечу и поплелся к остальным.
Ребята собрались между двух броневиков, устроив импровизированный лагерь для раненых и спасенных нами солдат. Единственный медик отряда — невысокая девчонка с водной магией — металась между раненых с потрёпанной сумкой. Бойцы сидели на земле, прислонившись к колесам, пытались бинтовать себя, кололи альвитин, запах которого витал здесь всюду. Я глянул на ручной терминал — концентрация уже не зашкаливала, но устойчиво держалась на ста пятидесяти.
— Соня! — заметив Аксеньеву, я поспешил к ней. Староста сидела в кузове броневика, сжимая в побелевшем кулачке ингалятор, и с ужасом смотрела вглубь салона, где Егор и еще один крепкий парень склонились над раненым бойцом.
— Господи, да вколите мне уже что-нибудь!.. — взмолился тот, дергаясь так. словно его били током.
