— Слева! Лили!.. — поймав сверкающую альвой фигуру мага в двадцати шагах, я нажал спуск. Пули разнесли сперва его ружьё, а затем и шлем со всем содержимым, маг рухнул на землю. Перемахнув дергающееся тело, я сходу набросился на стоявшего рядом бойца.
Гад развернулся, матерясь на своём языке, и вплотную дал очередь. Скачок!.. Мир вспыхнул бледно-голубым, я распластался в подкате, уходя от вереницы пуль. Прокатившись по грязи, выцелил противника и всадил еще три пули ему под мышку. Скачок!..
Рядом трещали пулеметные очереди, раздались крики и грохот магии. Мимо с треском пролетела громадная каменная глыба, размозжив о камень еще одного солдата.
— Хозяин!.. — вскрикнула Лили.
— Вижу!
На нас мчался, осыпая землю и людей вокруг, маг с сияющим клинком, с которого срывались ледяные копья. На моих глазах одно такое пронзило раненого бойца, решившего высунуться из-за булыжника.
— Обходи! — бросил я Лили, выпуская в мага весь магазин. Он окутался панцирем щита, вспухшего трещинами в местах выстрелов, и взорвался наружу целым роем смертоносных осколков.
Вот же дерьмо!..
Я снова ушел в скачок и метнулся за камень, на ходу доставая новый магазин. Расходовать альву и бить силой бездны отчаянно не хотелось, но если выбора не будет…
Камень задрожал и затрещал под адским напором, в стороны полетели сверкающие в пламени бритвенно-острые льдинки. Ну урод, даже не высунуться!..
— Яр, давай!..
Я встрепенулся: Егор мчался ко мне, окутанный каменной кожей, и палил из автомата не пойми куда.
— Давай, Кирсанов! — я поднял свой тонкий барьер и выскочил на врага, сжимая щит в узкий клин перед собой.
Швед быстро сообразил, что с двумя тягаться не стоит, и попытался улизнуть за скалу, швырнув в нас ледяную волну. Массивные торосы взрыли землю перед нами, ударяя острыми гранями шипов. Меня швырнуло назад мощным ударом, барьер жалобно прогнулся внутрь, но спас от смерти. Прокатившись по земле, я вскочил и рванулся в погоню, но было поздно.
Маг вывалился из-за скалы, хватаясь за простреленное горло, и рухнул навзничь. А следом за ним вышла Лили и двумя выстрелами добила его.
— Не зевай, хозяин! — рявкнула она, по-кошачьи метнувшись обратно.
Мы с Егором понеслись к оставшимся в центре позиции бойцам, но им помощь уже не требовалась. Ребята добивали тех немногих, кто не успел убраться с позиций, а остальные шведы отступили за скалы.
— Занять оборону, быстро! Держим позиции до прибытия второй группы! — раздался голос Петровского. Я обернулся: наш бравый командир спускался с холма, откуда мы пришли, под прикрытием аж пяти бойцов.
— Эй, парень.
Я обернулся. За обгоревшим остовом грузовика сидел весь черный от копоти и грязи солдат. Прижав к щеке подрагивающую, обломанную сигарету, он смотрел на меня пронзительным взглядом человека заглянувшего в лицо смерти.
— Уходить нам надо отсюда, — сухо бросил он. — Что-то с ними не то. Они какие-то…
В это мгновение из-за холма, где скрылись шведы, раздался низкий протяжный гул. Такой, что всё внутри сжалось в жутком предчувствии. Словно сами скалы стонали и трескались под напором неизмеримой силы.
— Хозяин, — Лили подошла ко мне и снова стиснула руку. Её глаза полыхали золотым светом. — Давай-ка лучше вернёмся.
— Это ещё что… — буркнул Петровский, сжав автомат.
А звук повторился. И на этот раз он был так близко, буквально на другом конце небольшого плато, где мы вели бой. Я присмотрелся: альва, взбаламученная боем, стекалась туда мощными потоками и закручивалась, словно попала в водоворот. И его центр зловеще светился, словно кроваво-красное око, висящее в воздухе.
— Поздно, — с обреченностью шепнула Лиливайсс и широко осклабилась. — Уже не уйдём.
В этот же миг чёрное небо над нами прорезали светящиеся алые жилы, а земля содрогнулась от нового стона. В ушах раздался страшный треск такой силы, что я сорвал с себя наушник. Бойцы вокруг один за другим вышвыривали свои устройства, у кого-то потекла кровь из ушей.
— Да что тут нахрен происходит⁈ — заорал Петровский. — Связь мне, быстро!..
— Круговая оборона! — заорал кто-то, щелкнув затвором. — Займите оборону!
— Господи, фон!.. — вскрикнул адъютант, подняв детектор. Я взглянул на наручный монитор: цифр концентрации альва-частиц угрожающе росли, перемахнув за двести… двести двадцать… двести пятьдесят.
Рядом со мной что-то просвистело — и на землю камнем рухнул дрон. А за ним ещё один, и ещё. Всё, что было в воздухе над нами, в одно мгновение полетело на землю безжизненными кусками пластика и железа.
— Во имя Всеотца… — прошептал я, оборачиваясь. Алое око на том конце площадки сжималось, втягивая в себя всю энергию как чёрная дыра, и начало пульсировать. В тот же миг мой ошейник издал протяжный писк — и затих.
— Г-гхх!.. — Софья, стоявшая рядом, повалилась на колени и её вырвало, а следом за ней — еще несколько бойцов.
— Чёрт, не работает! Рацию!.. — бесновался Петровский, как раздался еще один гул. Я обернулся к оку — и застыл в изумлении.
Вокруг него парили бабочки. Крошечные создания, бог знает откуда появившиеся в промерзших горах, витали около пульсирующего сердца…
