— Селейна, нам пора идти, — сказал наконец Эрон. — Ты мне нужна. Сегодня мы…
— Сейчас я никуда не пойду. Извини.
— Что?
— Дуэль?
В глазах Селейны плясали игривые искорки. Эрон с шумом выдохнул, отказался от брошенного вызова.
— Я жду тебя сегодня вечером. Начало рейда в девять.
Он повернулся и исчез в овале портала, не попрощавшись. Селейна углубилась в интерфейс.
— Попроси его прислать подробности, — сказал Эйр. — Если рейд ненадолго, я с удовольствием поучаствую в нем. Когда еще с вами хай-левел побегает.
Оставалось только поражаться его наглости.
Вдруг мне пришло оповещение. Я прочел его, полез в инвентарь, достал браслет Йен. Он обратился в прах прямо у меня на ладони.
— Что случилось? — спросил Тим.
— Ничего… Ничего такого. Все в порядке.
Голос у меня дрожал — я и сам это слышал. Тим нахмурился, но не стал допытываться, что же все-таки произошло.
— Пойдемте в гостиницу, — предложил Киф. — Умираю с голода.
Возражений не было. Шумной и расслабленно-счастливой толпой мы направились к гостинице. Я подумал о том, что надо обсудить с друзьями новое задание в квесте «Обитель», а заодно предложить Селейне участие в этой авантюре. Но противное чувство вины червячком вгрызалось в мое сердце.
Я не пытался высчитать, сколько лет прожила Йен. Я не знал, сделал ли мой кулон ее жизнь длиннее… Не знал, к счастью ли было, что я вообще появился в ее жизни. Я мог бы забрать ее в Безмирье. Здесь она, возможно, прожила бы столько же — или гораздо дольше — или гораздо меньше. Но она бы прожила бы свою жизнь рядом со мной… Так, как ей хотелось бы этого… Нет.
Я усмехнулся, отбрасывая глупые мысли и силой придавливая маленького наглого червячка. Если бы я притащил эту девочку в Безмирье, как она меня когда-то просила, я бы просто бросил ее, поручив заботу о ней кому-нибудь другому — в лучшем случае, Тиму. Сам я не стал бы растить ее. Единственное, о чем я жалел — я так и не выполнил ее желания. Мы больше не увиделись. Но, с другой стороны, я ведь и не обещал ей этого.
В гостинице нас встретили тетушка Анжела (именно таким был ее ник) и Шедли. Тетушка Анжела была моложе, чем мне показалось тогда, когда я видел ее в первый раз, а может быть, магия Тима так подействовала на нее. В любом случае, своего возраста она не стеснялась. Она переоделась в местное бело-голубое платье, делавшее ее по-домашнему уютной. На поясе был передник, грудь украшал кружевной воротничок. Русые волосы с несильной проседью были собраны в кичку. Мочки ушей украшали серебряные серьги с прозрачными камнями, на безымянном пальце левой руки побелскивал подходящий к ним перстень — украшения были сетовыми. Нас тетушка Анжела встретила приветливой улыбкой. Что касается Шедли, никаких особых эмоций при нашем появлении он не выразил. Мальчик посмотрел на меня без страха, но не проронил ни слова. Впрочем, тетушка Анжела на приветствие тоже ответила одним кивком. Лишь кивнула она и тогда, когда нас представили.
— У вас что, эпидемия молчанки? — воскликнул Боггет. В голосе его звучало не столько возмущение, сколько беспокойство. — Эй! Ты со вчерашнего вечера не разговариваешь! Что случилось-то?
Тетушка Анжела мотнула головой — ничего, мол — и снова не проронила ни слова. Боггет сдался.
— Ладно, я просто подожду, когда это вам надоест.
Но им не надоедало. Молчание Шедли, а теперь еще и тетушки Анжелы тревожило Тима и Боггета, их беспокойство передалось и мне. Но что с этим делать, было пока непонятно. Тетушка Анжела, за время моего отсутствия уже немного освоившаяся в новом мире, даже накрывала на стол молча. Не помогли разговорить ее и комплименты, которые Киф и Эйр дуэтом расточали в адрес ее готовки. Между прочим, теперь у нас, как я узнал, было не только несколько новых комнат, но и своя кухня. В общей сложности наш отряд сейчас занимал часть крыла гостиницы в два этажа с собственной внутренней лестницей и черным ходом. Мы расширялись.
— Алена в гости просится, — сообщил Тим.
— Зови, — сказал я.
Меньше чем через минуту к нам присоединилась рога-заводчица.
— Простите, что не навестила вас раньше, — сказала она с порога. — Было много проблем с питомцами. Пока меня не было, кто-то заболел, кто-то чуть не умер от голода, самка пещерной лисицы ощенилась…
— Понимаю, — сказал Боггет, и они надолго сцепились языками на тему ухода за животными. Через какое-то время, как я слышал краем уха, они перешли на другие темы.
