С мечом, убранным в заплечные ножны, Боггет шел впереди. За ним следовали Селейна и Рида. Мне было стыдно, но меня ноги едва держали, и я вис на плече у Вена. Последним шел Рейд. Шпагу, который я видел у него в руке, он отдал Вену — оказалось, это его парное оружие. Свой меч Рейд подобрал на обратном пути в одном из коридоров, ведущих к арене. Это был обычный ведьмачий меч, широкий, тяжелый и довольно дешевый — такие можно использовать в качестве щита, когда сражаешься с какой-нибудь агрессивной тварью, да и точить его необязательно, им можно пользоваться как дубиной. Погнул — положи на твердую поверхность и попрыгай на нем, сам выпрямится. Самое подходящее оружие для такого, как Рейд. Что же касается меня, то мое оружие снова болталось у меня на поясе. Но я не знал, как снова взять его в руки.
Тим ждал нас в гостинице. Порывался пойти с остальными выручать нас, — сказал Боггет. Но его оставили под тем предлогом, что кто-нибудь может прийти в гостиницу, чтобы сообщить какую-нибудь важную информацию. Нас ведь еще надо было разыскать.
— Угораздило вас, а! — Ругался инструктор. — Надо же было, не подумав, ринуться на помощь какой-то сомнительной тетке в незнакомом городе! Мы ведь могли вас и не найти!
«Мы подумали, мастер Боггет, — мысленно отвечал я. — Но вы правы, мы повели себя очень глупо. С другой стороны, мы поступили бы плохо, если бы отказали в помощи. Наша вина только в том, что мы не догадались, что это ловушка. Так, мастер Боггет?..»
Ругался он, кстати, на меня одного: Рида ушла приводить себя в порядок в комнату, которую она теперь делила с Селейной. Я не хотел отпускать ее ни на минуту — мне всюду мерещилась опасность. Но ничего нельзя было поделать, мне еще предстояла перетяжка грудной клетки.
Перед тем как лечь в постель, я все-таки сумел еще раз увидеться с Ридой. Селейна деликатно вышла из комнаты, чтобы мы могли поговорить наедине.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил я.
Она невесело улыбнулась.
— Ничего. Перепугалась разве что. А так — только ссадины да пара ушибов.
— Рида… Когда ты очнулась… Там… С тобой ничего не сделали? Прости, что я тебя об этом спрашиваю, просто если…
Она посмотрела на меня серьезно.
— Если что, Сэм? Что «если»?
И вдруг, улыбнувшись, очень осторожно, с нежностью обняла меня.
— Все хорошо. Никто меня не тронул, — прошептала она мне на ухо. — Я очнулась в деревянной клетке под замком. В таких же сидели звери вокруг, даже Флипп. Он так жалобно скулил… Я покричала — никто не пришел. Выбраться не сумела, просидела там несколько часов. А потом меня отправили на арену. Сэм… — Она прижалась ко мне сильнее. — А ведь я думала, что они тебя убили. Так что… не бери в голову. Все хорошо. Правда.
Она наконец отстранилась. Я сидел рядом с ней, как в дурном хмелю.
— Прости меня. Рида… Я не смог тебя защитить.
Она отмахнулась.
— А я тебя защитить смогла, что ли? Так себе из меня напарница… Все, Сэм. Давай, иди спать. Я устала.
— Да. Хорошо, Рида. Я… люблю тебя. Спокойной ночи.
С этими словами я ушел. На другой стороне коридора встретил Селейну, кивнул ей — можешь возвращаться, спасибо тебе. И никак не мог отделаться от мысли: Рида рассказывала мне обо всем на ухо потому, что не хотела, чтобы ее слова услышал кто-то еще, или же потому, что не хотела, чтобы я видел в этот момент ее лицо?..
Мне не полагалось спать этой ночью. Мне полагалось страдать от угрызений совести и чувства вины. Но я так вымотался, что уснул сразу и спал без сновидений. Только под утро сквозь плотную пелену сна стали просачиваться мысли и эмоции. Я проснулся с такой тоской на сердце, какую не испытывал с тех самых пор, как ребенком меня во дворе училища бросил отец.
— Доброе утро! — в комнату вошел Тим. Он был одет и причесан, а в руке у него была миска с кашей. Над ней поднимался парок. — Я тебе поесть принес. Не вставай пока.
— Доброе… Спасибо… А как ты узнал, что я проснулся?
— А я для себя принес. Не-не, бери, ешь! Я сейчас еще раз вниз схожу. Просто сегодня в столовке много народу, не хочу там сидеть.
— А как же все остальные?
— А, они уже позавтракали. Только мы с тобой такие сони.
Я взглянул в окно. Судя по солнцу, времени было около полудня.
— Тим, ты видел Риду? — успел я спросить прежде, чем он ушел.
— Да.
— Как она?
— Да ничего вроде.
Он вышел… и пропал. Вместо него пришла Рида. Вместо вчерашнего, разодранного, на ней было новое светло-синее платье по щиколотку с широким коричневым поясом из тонкой расшитой кожи. Этот наряд очень ей шел.
— Доброе утро! Как ты себя чувствуешь?
— Жить буду. Врагам назло, тебе на радость.
Она улыбнулась. Это был наш обычный диалог после сложных охот, когда добыче удавалось намять мне ребра.
— А у тебя как дела?
Рида отмахнулась.
— Какие у меня дела-то… Все в порядке, — она присела на край постели. — Ах, да, Тим, наверное, еще не сказал тебе. Тот человек, с которым мы должны были встретиться вчера. Мы идем к нему сегодня.
Я кивнул.
— Кто он?
— Насколько я поняла, это лекарь из отправленного за Арси отряда. Он единственный, кого удалось разыскать. Но, надеюсь, он объяснит, что произошло… Почему они его не вернули.
