— Я говорил тебе, что Безмирье — это в голове, — произнес Боггет. — А в моей голове что-то сломалось… Помнишь, когда я просил тебя присматривать за отрядом? Я рассчитывал на тебя, Сэм. По-настоящему рассчитывал… Такое происходит со многими хиро. Странствуешь, сражаешься, побеждаешь монстров, проходишь подземелья… Или командуешь армиями, захватываешь замки, штурмуешь города, создаешь империи — не принципиально. Можно путешествовать в поисках затерянных мест или редких реликвий или обосноваться в каком-нибудь городке и крафтить — ковать доспехи, например, или скорняжить. Но в какой-то момент начинает казаться, что все не по-настоящему. Будто бы все это просто игра, в которой ты застрял, а где-то далеко идет настоящая жизнь, в которой ты больше не участвуешь. Из которой тебя вычеркнули. Знаешь, толстой черной линией, которая прошла прямо по твоему сознанию — такой толстой, что перечеркнуло всю память о той жизни. И вот тогда начинаются проблемы. То одно из вида упустишь, то другое. То забудешь какую-нибудь очень простую вещь — например, о каком-нибудь своем навыке, который раньше применял, даже н задумываясь. Забудешь, что он вообще у тебя есть. Мысли словно что-то куда-то утаскивает, и сил ухватить их — нет. Кто-то считает, что такое начинается после определенного количества смертей и воскрешений. Кто-то говорит, что это проклятье хиро, другие утверждают, что это просто редкий дебаф. Кто-то думает, что так Безмирье избавляется от тех, кто ему надоел. Я не знаю. Знаю только, что из-за этого я однажды вылетел из Безмирья, — Боггет поднял голову. Глаза его, глядящие куда-то сквозь эту реальность, сияли странным, расплывчатым блеском, а лицо словно свело судорогой. Я никогда еще не видел инструктора таким. — Вылетел — и впервые не смог вернуться.
Я слушал, затаив дыхание. Переведя дыхание, Боггет продолжил:
— Представь себе, иду я со своим отрядом по катакомбам в одной локации. Мочим покойничков. Я танкую, пара милишников и маг наносят урон, хилер подлечивает — все в штатном режиме. Продвигаемся вперед, кладем зомбаков, собираем лут. До конца прошли почти. А потом выходит на нас босс локации — мертвый маг-некромант, скелет в балахоне с костяной косой. Мне на него переть надо — а на меня вдруг накатило… Стою я перед ним и думаю: это ведь не на самом деле все происходит. Кучка костей — что она может сделать-то? Магию применить? Так магия — это только в сказках. И вообще, не ходят покойнички после смерти. И некромантов никаких не бывает… Ну и в таком духе все. Мне орут что-то, хил с меня пытается дебаф снять — проклятье, которого нет. А я стою и жду, что будет дальше. Не интересно вообще, даже скучно. И мысли — утекают куда-то. У меня и до этого такое пару раз уже было, но тогда как-то обошлось, не боевые были ситуации, так, проходное. А в этот раз — все. Ну, меня и вынесли. И рейд вайпнулся. Ребята там же, в Безмирье воскресли — прямо у входа в катакомбы, они все игроками были. Меня же в другой мир выбросило. Нормальный мир, вроде этого, там жить можно было… Только вот я не хотел. Я рвался в Безмирье. Но вернуться почему-то не мог. Не получалось. До этого мне уже приходилось погибать, и не раз, я воскресал, без проблем возвращался. А в этот раз — нет… Но тогда за мной пришли. Перевели, я вернулся. И долго после того респа на меня это самое не накатывало — я уже решил, что все прошло. А потом был поход, про который я тебе уже рассказывал, — с незнакомой командой, помнишь? Вот… Я снова погиб тогда. Оказался здесь. И снова сам вернуться не смог. И за мной уже никто не пришел. Я потому и пошел на службу к Фирригану. Больше всего я хотел вернуться в Безмирье, а он мог помочь мне. У людей вроде него так или иначе есть связи с Безмирьем. Даже если в мире есть магия, самое сильные и необычные артефакты, самые странные вещи и тайные знания попадают в него именно из Безмирья. А в этот раз, когда я с вами в Безмирье отправился… Поначалу такая эйфория была — ну, думал, повезло! Сейчас остальных найду, Арси вытащу, отправлю всю вашу компанию домой, а сам тут останусь — и не сунусь ни в одно подземелье, где есть хоть малейший риск опять сдохнуть! Ни на один мутный квест больше не подпишусь! Потом, конечно, взял себя в руки, занялся делом… А потом на меня снова начало находить. Сперва почти незаметно было — так, глупые мысли в голову лезли. Но чем дальше — тем хуже. Кончилось сам знаешь чем. Вот так!
Он с вызовом посмотрел на меня. Я перехватил его наконец-то сфокусировавшийся на здешнем мире взгляд и вдруг подумал, что Боггет зрелый мужчина, а у меня ощущение, что сейчас передо мной сидит парень восемнадцати-двадцати лет, а то и меньше. «Разве такое возможно?» — хотелось спросить мне. Все это — смерти, воскрешения в телах монстров, странствия между мирами… Кажется, я понимал, что Богет называл «проклятьем хиро». Само сознание в какой-то момент начинало сопротивляться мыслям обо всем этом.
