Такое выступление подлило масла в огонь и подхлестнуло еще нескольких человек на то, чтобы выступить с критикой заведующего. Заседание это было одним из самых многолюдных за всю предшествовавшую историю института: в протоколе указаны фамилии пришедших на собрание 49 ведущих ученых института и сказано, что присутствовали и другие сотрудники (Вавилов в заседании не участвовал, в числе присутствовавших указана жена Коля — Виноградова-Коль). Собрание подавляющим большинством голосов приняло предложения Комиссии по проверке Бюро интродукции (лишь трое голосовали против). Коль заявил, что он "не согласен с мнением Научной Коллегии и просит присоединить к протоколу особое мнение" (18).
Неудивительно, что нормальные отношения дирекции с Колем после этого окончательно расстроились. Увидев, что директор не защищает его так, как бы ему хотелось, Коль стал нападать и на Вавилова, а выход из конфликта увидел своеобразный — где только можно, хлестко и решительно обвинял Вавилова в ошибках, непонимании того, что он делает, и даже во вредительстве. Нередко повторявшаяся фраза "Все вавиловские коллекции в заграничных экспедициях собраны на местных базарах" была пущена гулять именно Колем. Вполне закономерно, что он написал обличительную статью против Вавилова.
Не один Коль атаковал Вавилова. В институт, скорее всего по прямому указанию чекистов, был внедрен сначала в качестве "специального аспиранта" некто Г. Н. Шлыков, имя которого будет часто встречаться дальше в книге и который столь же оголтело и злобно стал выступать против Вавилова публично. Он же принялся наводнять "Органы" своими докладными записками-доносами, в коих обвинял Вавилова во вредительстве и шпионаже.
Как уже было сказано, в 1928–1930 годах были схвачены по обвинению в создании "Союзного бюро РСДРП" и "Трудовой Крестьянской Партии" многие ведущие специалисты в области экономики, особенно сельскохозяйственной, такие, как С. К. Чаянов, Н. Д. Кондратьев, А. В. Чаянов, брат генетика С. С. Четверикова Николай Сергеевич Четвериков — известный специалист по математической статистике, Н. Н. Леонтьев, Я. П. Герчук, А. Л. Вайнштейн, В. А. Ревякин, Г. С. Кустарев, В. Э. Шпринк, Н. И. Жиркович, И. Н. Озеров, Корсаков, Юрамалиат, В. И. Сазанов и другие (первым атаку на лидера экономики Н;Д. Кондратьева повел Г. Е. Зиновьев, в то время вступивший по сталинскому наущению в борьбу Бухариным), а вместе с ними в тюрьмах оказались те из агрономов, кто не боялся высказываться критически против новых порядков в стране и в сельском хозяйстве, прежде всего крупнейший российский специалист в области агрономии А. Г. Дояренко2.
В том же 1930 году чекисты завербовали Елену Карловну Эмме, сотрудницу ВИР с 1922 года, цитолога, кариолога, позже селекционера и генетика, знавшую немецкий, французский, английский, итальянский, шведский, голландский языки, друга семьи Вавилова и непременного участника большинства встреч Вавилова с иностранцами. Будучи доставленной в ОГПУ и запуганной угрозами, Эмме согласилась подписать обязательство доносить об антисоветских высказываниях и действиях Вавилова. "Ее агентурная кличка — "Дама", но доносов она не писала, а о своем обязательстве рассказала Н. И. Вавилову, а также М. И. Ушакову, Барышеву и своей племяннице А. С. Езерской" (20). Ниже мы увидим, что столь мужественно и порядочно вели себя далеко не все.
В числе первых арестованных в 1930 году были бывший саратовский губернский агроном Губанов, родной брат Н. М. Тулайкова — директор Безенчукской опытной станции Сергей Максимович Тулайков и агроном из Сталинграда Сережников. Был заключен в тюрьму и будущий академик ВАСХНИЛ Иван Вячеславович Якушкин — потомок декабриста Якушкина, человек, знавший Вавилова со студенческих лет (с Николаем Ивановичем в Московском сельхозинституте училась родная сестра Якушкина Ольга, потом проработавшая с Вавиловым пятнадцать лет). В 1930 году Якушкина, тогда сотрудника Воронежского сельскохозяйственного института, продержали в тюрьме около года3. Вышел он из нее благодаря тому, что согласился сотрудничать с ОГПУ (22). В заявлении от сентября 1931 года Якушкин на 10 страницах показывал, что ВИР — гнездо антисоветской деятельности в области генетики и селекции, а Вавилов — организатор и руководитель этой "банды врагов" (23).
В 1931–1932 годах в СССР была арестована, заключена в тюрьмы и лагеря, выслана на окраины — на Север (в Коми АССР), в Среднюю Азию, в Сибирь — большая группа видных агрономов, агрохимиков, учеников Д. Н. Прянишникова, среди которых был такой выдающийся специалист, друг Прянишникова, Шалва Рожденович Цинцадзе и другие.
