– Какой же он чужой? Он свой. Я его ещё вот таким помню, – дед Рожнов отмерил от земли ладонью рост ребёнка, который только-только начал ходить. – И батьку его хорошо знал, и деда его. А что касаемо характера, у наших чиновников ещё и не такой норов. Чего ждать от бандитов, если чиновники, которые за солидную зарплату должны работать не по принципу «хочу – не хочу», а по долгу службы своей ОБЯЗАНЫ заботиться о благоустройстве жизни граждан, этого не делают? Попробуй, подкати к ним в кабинетах – такое цунами произойдёт, что и забудешь, чего тебе надобно было. Там все с господскими замашками: в хорошем настроении соблаговолят милостиво выслушать, в плохом – царственно взашей вытолкают. Вот и изловчись, угадай, когда там геморрой обострился, а когда прослабило. Не стало сейчас нигде профессионализма. Один ничем не занят, а другой занят хоть чем-нибудь, но с таким видом, словно одолжение всем делает. А я лично уважаю таких мужиков, которые не скисли и не сквасились в Перестройку и после неё, как большинство, а продолжают жить и делать что-то существенное. Сейчас ведь самое простейшее занятие – квасить да скулить о тяготах своей непростой жизни. Не все же в смутные перестроечные времена сумели сохранить профессиональную честь и человеческое достоинство. Артисты до сих пор в халтурных фильмах снимаются, учёные в грузчики ушли, кадровые военные таксистами подрабатывают. Все как-то выживают. Кто-то, конечно же, подался в бандиты. Но никто из властей тогда не интересовался, как там люди умудряются выживать в невыживательных условиях, поэтому и спроса с людей быть не может. Что говорить о простых смертных, если сами политики, вместо того, чтобы государством заниматься в бизнесмены заделались? Так плотно в бизнес ушли, что страной и народом заниматься вовсе недосуг, или, как сейчас говорят,
– Но при том же Сталине с бандитизмом боролись.
– При Сталине не столько с бандитами воевали, сколько с народом. Брали какого-нибудь интеллигентика, нажимали ему на болевые точки так, что он был согласен даже кражу Джоконды на себя взять и всё прочее. А нашего Авторитета так не возьмёшь. Его вообще никак не возьмёшь. Он ведь ни разу даже свидетелем не проходил ни по одному делу, а уж те, кто мог против него свидетельствовать, умерли, как правило, ещё до начала суда или даже самого следствия. Тихо умерли. Не любит он шума. И зачем с ним бороться? С ним дружить выгодней. Он, например, для нашей школы компьютеры закупил. Опредметил, так сказать, предмет Информатики, а до этого учитель на пальцах детям объяснял, что такое компьютер и где на нём находится клавиша контекстного меню. Не обучение, а иллюзия. А наш Авторитет иллюзий не любит. У его тётки было подозрение на пневмонию, и со Скорой такая развалюха приехала, что даже странно, как она ещё ездит. И после этого он им новёхонькую машину реанимации подарил. А что? Вы попробуйте покататься по нашим колдобинам на таких машинах, которым сто лет в обед.
– Я пробовал, пробовал, – сдержанно кивнул новый мэр.
– И как?
– Впечатляет, – не выдержал Рудольф Леонидович и рассмеялся. – Автолюбители развитых стран за большие деньги такие автотрассы в Африке ищут, чтобы покататься, стресс от цивилизации снять.
– Говорят, в Африке-то сейчас с такими антистрессовыми трассами всё хуже и хуже, всюду дороги прокладывают. Ехали бы к нам, можно и за умеренную плату.
– Ха-ха-ха, однако…
