– Вы себя не слышите, а я слушаю и дивлюсь. Разве в действиях наших политиков не наблюдается этот самый «бандитский менталитет»? Вы говорите о регулярном состригании шерсти народу, а разве наша власть периодически эту «стрижку» не проводит, как только заметит, что люди начинают хотя бы немного лучше жить, чем в позапрошлом веке? Пенсии повысят – и тут же непременно цены на лекарства и продукты первой необходимости поползут вверх. Как бюджетникам зарплаты повышают, тут вообще страшно становится – быть беде. Заранее это знаешь и никогда не ошибаешься в своих мрачных ожиданиях. Сколько лет живу, и всегда так было: только наступят хоть какие-то улучшения – сразу готовься к катастрофе. Развенчали культ личности – всех обязали кукурузу сажать. Дали свободу слова – отняли возможность работать. Дали возможность работать – отняли возможность зарабатывать. Убрали какие-то копеечные налоги из зарплат – сделали платными медицину, образование, юридические услуги. Зэковские замашки и уголовная хватка сейчас у всех! У правоохранительных органов особо ярко выражены. И от замашек этих избавится непросто, потому что они дарят ощущение силы и лёгкости продемонстрировать свою власть. Стремление незаконным путем решать вопросы, в самом деле, даёт очень быстрый результат. Причём нарушается закон не только юридический, но и человеческий, и нравственный, и любой прочий. Даже закон самой природы нарушается, когда беременная баба вынуждена тяжело и много работать до самых родов, так как никто не хочет ей помогать. Или старик семидесяти лет не имеет возможности отдыхать, так как получает пенсию за месяц, которой ему хватает только на пять дней жизни. Или рабочему назначается такая минимальная потребительская корзина, с которой он на узника концлагеря становится похожим. На всех уровнях российской власти сегодня такое стремление можно наблюдать сплошь и рядом: обдери, обмани, пусти пыль в глаза. Главное, что достигнешь своей цели, а на людей плевать. Переживут – и не такое переживали, сволочи живучие. В условиях такого государственного передела, который происходит на глазах стремительно беднеющего населения, невольно появляется острое желание следовать примеру наиболее ловких нарушителей закона. Потому что население прекрасно видит, что передел этот по сути своей несправедлив, так как сбережения целых предприятий и даже городов тратятся на поездку какого-нибудь дурака из администрации на курорт. Если у кого-то нет возможности следовать их примеру, то уважать и восхищаться этим никто не запретит. Люди вольно или невольно, а иногда и вполне сознательно перенимают уголовные повадки, взгляды на жизнь, зоновские ценности. В любую нашу контору зайди, в любую шарашку «по обмену шила на мыло у ветеранов Русско-Японской войны при наличии справки о прохождении флюорографии и гинеколога в поликлинике соседнего района до вчерашней даты» заявись, а на тебя там посмотрят, как… паханы на сявку, которая не на свою шконку присела. Да ещё и рявкнут что-нибудь на соответствующем жаргоне.
– Да неужели же в наших конторах такие лица и речи! – не поверил мэр.
– А какими им ещё быть, если люди уже двадцать лет фильмов с простыми человеческими лицами не видят, книг о нормальных отношениях не читают, песен о хороших людях не слышат? Какой канал ни включи, а там кого-то зарезали, тут чего-то расчленили. Вместо романов о любви – подробные судебно-медицинские отчёты об изнасилованиях и случаях суицида. Никак сейчас без этого любовь не идёт. Любовью вообще называют такие вещи, от которых любой патологоанатом с многолетним опытом работы содрогнётся. Какой фильм ни возьми, а главный герой – или прожжённый урка, или мент, который по повадкам от этого урки почти ничем не отличается. И в основе любого сюжета – непременно преступление. Я уж забыл, когда в последний раз видел фильм, чтобы там не совершалось никакого преступления! Любит кто-то кого-то – непременно якобы во имя этой любви совершит преступление, иногда даже предмету любви шею свернёт. Хочет кто-то чего-то добиться – тоже непременно только через преступление. Я вспоминаю самые незатейливые советские фильмы и не понимаю, как их создатели умели придумывать интересные сюжеты без хождения вокруг да около какого-нибудь убийства или грабежа? Говорят, современные фильмы и книги сделали людей такими криминализированными, но создатели этих фильмов и книг заявляют, что они всё взяли из жизни – теперь сам чёрт не разберёт, кто кого первым развратил. Но люди по обе стороны экрана привыкли к преступности, как к норме – вот что страшно.
– Это временное явление, как следствие передела собственности. Ещё Бальзак утверждал, что за каждым большим состоянием кроется преступление.
