Когда Монте-Кристо вошел, держась по своему обыкновению просто и уверенно, когда поклонился с непринужденностью придворного и достоинством принца крови, король внимательно вглядывался в него. Он отложил бумаги, которые держал в руках, вышел из-за стола и приблизился к графу.
— Рад видеть вас, мой дорогой Монте-Кристо! — сказал Луи Филипп. — Я немало наслышан о вас. Почему вы, столь, интересный, столь состоятельный человек, лишаете наше отечество своего присутствия?
— До сих пор обстоятельства не позволяли мне надолго обосноваться во Франции, Ваше Величество, — ответил граф. — Если же я вообще надумаю поселиться где-нибудь на длительный срок — непременно остановлю свой выбор на родных местах.
— Это приятно слышать! — благосклонно заметил «король-буржуа». — Мне доложили, что в юности вам пришлось вынести много страданий, отчасти по вине чиновника, который стремился сохранить некую тайну. В какой-то степени он сделал это в интересах семейства, к которому я принадлежу. Однако надеюсь, мой дорогой Монте-Кристо, вы не поставите в вину моим родным те несчастья, которые принес вам в то время этот чиновник?
— О, сир, я далек от подобной мысли! — воскликнул граф. — Я давно обо всем этом забыл и все простил — правда, после того как восстановил свое попранное достоинство и отомстил за себя.
— Это меня радует! И все же говорят, что граф Монте-Кристо покровительствует одному претенденту, который питает ко мне отнюдь не дружеские чувства.
— Те, кто так говорит, имеют в виду принца Луи Наполеона, — сказал Монте-Кристо. — Что ж, сир, не смею обманывать вас. Я ссудил одному из друзей принца значительную сумму. Для каких целей она предназначалась, мне неизвестно.
— Не будем больше об этом, — весело сказал король. — Мне довольно знать, что лично вы ничего против меня не имеете. Поверьте, я очень хотел познакомиться с вами. Мне немало рассказывали о вас, о вашей загадочной личности, о вашем богатстве, и, скажу откровенно, вы произвели на меня весьма благоприятное впечатление. Не понимаю только, зачем такому человеку окружать себя тайной. Никто не знает, каким образом вы приобрели богатство, где находятся ваши владения.
— Тем не менее я никогда не делал из этого тайны от своих друзей, — ответил граф. — Во время моего заточения я познакомился с несчастным аббатом, которого считали сумасшедшим. Он и рассказал мне, что в известном месте спрятаны большие сокровища. Потом он умер, а когда мне удалось вырваться на свободу, я убедился, что старик сказал правду. Вот где источник моего богатства.
— Хм, где же находятся эти сокровища, в каких землях?
— Увы, не во французских, — с ледяным спокойствием ответил Монте-Кристо.
Лицо короля на миг утратило дружелюбное выражение.
— Монте-Кристо, — сказал он, беря себя в руки и грозя графу пальцем, — у меня есть серьезное подозрение в отношении вас. Я уверен, что вы умеете делать золото.
— Делать золото, сир? — спросил граф. — Я, право, не знаю…
— Да, да, я имел в виду именно то, что сказал, — ответил король. — Совсем недавно я говорил об этом с одним из наших первых химиков, и он сказал мне, что с тех пор, как обнаружили возможность разложения золота на различные составные части, в этом нет ничего невозможного. Я подозреваю, что вы проникли в эту тайну. Ведь, положа руку на сердце, ваш рассказ о найденных сокровищах звучит довольно неправдоподобно, дорогой граф.
— Может быть, — твердо и невозмутимо ответил граф. — Но это чистая правда!
— Это было бы очень грустно! — улыбнулся король. — Нам во Франции чрезвычайно нужен такой специалист, и с вашей стороны, дорогой граф, было бы несправедливо отказывать своему отечеству в услуге, которая могла бы принести ему огромную пользу.
— Владей я этим искусством, Ваше Величество, вы были бы совершенно правы, — сказал Монте-Кристо. — К сожалению, я вынужден настаивать на своем первом объяснении, ибо не знаю никакого другого. Тайна изготовления золота мне совершенно неизвестна.
— Каковы же размеры вашего богатства? — несколько поспешно спросил король.
— Назвать точную сумму я сейчас не могу, — сказал Монте-Кристо. — Но полагаю, что ваш покорный слуга — один из самых богатых людей на земле.
— Ваше состояние не уступает состоянию братьев Ротшильд?
— Думаю, что даже превосходит его, — ответил Монте-Кристо. — Впрочем, истинные размеры их состояния мне неведомы.
— Как? И вы, владея такими богатствами, уединяетесь в пустыне и на каких-то необитаемых островах? — вскричал король. — Это непростительно, Монте-Кристо! Это, пожалуй, заслуживает наказания! Ей-Богу! Будь вы моим противником, вы были бы опасным противником!
Эти слова были сказаны, несомненно, в шутку, но в них прозвучало нечто совсем нешуточное, и Монте-Кристо почувствовал это.
— Я никогда не буду противником конкретной личности, — сказал он.
— Может быть, однако личности королей олицетворяют и вполне определенные принципы, — возразил король. — Так что если вас не устраивают принципы, которыми руководствуется мое правительство…
