— Уверен, ты говоришь это сгоряча, поскольку скучала без меня. Никто тебя не приласкал… Верно, милая?
Ответить мне не дали, требовательные горячие губы по-хозяйски накрыли мой рот. Знакомое жаркое ощущение незамедлительно зарождалось, сосредотачиваясь внизу живота. Громко выдохнула ему в губы, пытаясь остановить это безумие. Только не в этот раз! Ему не удастся вновь одурманить меня.
— Дармир, пожалуйста!
Он нехотя отстранился, глазами отыскивая более удобное место, где продолжить.
— Что-то вас смущает, мисс Нина?
Мое молчание было красноречивее любых слов. Недовольство заставило дракона тихо выругаться сквозь зубы.
— Краах тебя раздери, ты хотела, чтобы в первый месяц брака я оставил любовницу у себя дома!
Попыталась оттолкнуть, ожидая сопротивления, но он разжал руки, рывок получился слишком сильным, потолок закружился, услышала глухой звук, а потом боль. Упав на пол, ударилась об угол кофейного столика, оказавшись распростёртой у его ног.
— Крааах всевышний! — выругался дракон, опускаясь на колени.
— Малышка, посмотри на меня, — ласково позвал, но я упрямо отворачивалась. — Тебе больно? — он взял со стола гранитную статуэтку, прикладывая к виску.
Холод приятно успокаивал, мужчина прижал меня к груди, и я, не выдержав этой нежности, тихо заплакала.
— Тише. Все будет хорошо. Сильно ударилась?
Обхватив ладонями лицо, он неустанно осыпал поцелуями, словно маленького ребёнка. Нет… Это слишком!
— Дармир, я в порядке.
Слезы моментально высохли, отстранилась как можно дальше.
— Я, наверное, неправильно выразился. Нина, я люблю нашего сына, если бы не обстоятельства, никогда бы его не отослал. Пойми, девочка, это ради вашей безопасности. У меня нет сейчас возможности находится рядом и следить, чтобы его не обидели. Военный лагерь защищённое и надежное место, а наставники…
— Что? Военный лагерь?! Военный? Моего малыша туда? — жар подступил к лицу, все существо клокотало от его слов!
— Чем ты думал? Плевала я на твою стерву-жену, но отдать ребёнка в таком возрасте в военный лагерь! По-твоему, в его жизни мало потрясений? Кто его будет там любить? Ты об этом подумал? Господи!
Дармир свёл брови и строго ответил:
— Девочка, не учи меня, как воспитывать сына, — с легкой угрозой и очень твёрдо. — Я сам проходил обучение в этом месте, и уверен в том, что это совершенно безопасно.
— Это не только твой сын. Ты его не рожал. Когда Ангела подарит тебе наследника, там и проявляй свои отеческие чувства! Уверена, она воспитает его таким же холодным и расчетливым, как все сирры вашего мира. Мой мальчик другой. И всегда будет другим! Оставьте нас в покое!
Вскочила на ноги и метнулась к дверям.
— И меня оставь в покое. Убирайся отсюда, Дармир!
— Что происходит в моем доме?
Оглянувшись, не заметила громоздкую фигуру второго брата и со всей дури врезалась в его стальной корпус.
— Это так ты ее усмирил? — усмехнулся Дармир, отряхивая колени.
— Я был занят, Краах тебя раздери!
— Усмирил? — зло рассмеялась, — Ты и меня Дармир отослал на перевоспитание, сам с нами не справляешься? Отлично, мы оба тебя не устраиваем, так оставь нас!
— Закрой рот, девка, пока я не высек тебя! — так громко на меня ещё не кричали, Камир вывернул руку, заставляя наклониться и отступить.
— Ты, маленькая сучка, сейчас узнаёшь, где твое место!
— Оставь ее, Камир. Пусть идёт. Ей нужно остыть, если в следующую нашу встречу, Нина, ты проявишь хотя бы малую долю непокорства, боюсь, я буду солидарен с братом.
Дармир
— Краах ее раздери! — не выдержав, со всей силы ударил по столешнице, хрустальный бокал звучно разбился, подпрыгнув на ножке.
Я весь, в адовое ее пекло, горел! «Убирайся»… Она велела мне убираться! Проклятая дьяволица! Две недели прошли будто в аду. Чем бы себя ни занимал, перед глазами стояла эта наглая девка. Ее зелёные глазища в слезах...
— Зачем же, брат, так страдать? Она здесь, можешь взять ее, ей некуда бежать. Заодно усмиришь, — ухмыльнулся Камир.
Мои внутренние терзания доставляли родственнику невероятное удовольствие.
— Думаешь? Отлично! Я не хочу насиловать мать своего ребёнка! Какое в этом удовольствие? Моя метка не допустит нашего слияния в таком случае.
До чего она меня довела? Уже второй раз всерьёз рассматриваю дикарскую идею? Черт!
— Камир, чтоб тебя с твоими советами! И не смей трогать девчонку, или с тебя три шкуры спущу, — рыкнул, смахивая со стола осколки.
— Ну, в таком случае бегай за своей девкой как влюбленный мальчишка до конца времён.
Он громко рассмеялся и затянулся ароматной сигарой.
— Почему она такая злая? Что я опять сделал?
