Палящее летнее солнце слепило глаза, аромат ярких цветов дурманил разум, а невыносимая жара не позволяла нормально спать, несмотря на расставленные вокруг кровати вентиляторы и выкрученный на максимум кондиционер. Удушающая же влажность забивалась в лёгкие, заполняла собой каждую клеточку и лишала возможности дышать.
Уильям предпочёл бы сейчас купаться зелёных водах Мичигана, а не жариться до состояния «аль денте», лёжа на одном из многочисленных гавайских пляжей.
— Ну же, Уилл, неужели тебе настолько здесь не нравится?
В голосе Алана привычные насмешливые нотки, на которые Уилл уже давно прекратил обращать внимание, а на губах едкая язвительная улыбка, вызывающая у примерно столько же боли, сколько и каждое неловкое движение, напоминающее Уиллу, что намазаться солнцезащитным кремом стоило еще в салоне самолёта, не замечая косые взгляды других пассажиров, прежде чем ступить на трап.
— Нет, — Уилл хотел было отвернуться в другую сторону, но вспомнил, что он вообще-то обгорел, а смотреть на Алана всяко приятней, чем на распластавшегося жиром по двум шезлонгам бородатого байкера.
Предложение Алана слетать в отпуске на острова показалось Уильяму весьма заманчивым и интересным, но он снова забыл маленькую деталь изменившуюся в жизни обоих мужчин — у Алана появилась дочь. Поэтому большую часть времени Уильяму приходилось слушать рассказы о том, кто из братьев Сальваторе круче и почему стоит посмотреть «Аббатство Даунтон». На последнее Уилл обычно мягко улыбался, мученически вздыхал и терпеливо смотрел с Эйлин очередную серию, стараясь не цокать недовольно языком и не комментировать все подряд.
— Ну же, улыбнись, — Алан поправил съезжающие с носа солнцезащитные очки и закинул ногу на ногу. — Сегодня последний день, когда ты можешь насладиться этим прекрасным солнцем.
— Если бы я не знал тебя, я бы подумал, что ты мне угрожаешь, — сквозь сводящие от боли мышцы пробормотал Уилл.
— А кто тебе сказал, что я не угрожаю? — приспустив очки, Алан скептическим взглядом посмотрел на друга и рассмеялся бархатным голосом.
Две недели в Раю, как обещал Алан, действительно были не самым худшим в жизни Уильяма, — ему было с чем сравнивать, и в отеле хотя бы была мягкая кровать, — а расслабляющая атмосфера смогла заставить хоть ненадолго, но погрузиться в свои мысли, отправиться по течению отдыха и достигать берегов наивысшего блаженства…
…каждый раз когда он видел накрытый шведский стол.
