— Это как? — Андрэ неожиданно оказался рядом с Сашей, обдав Уилла лёгким порывом прохладного ветерка.
— Неконтролируемые всплески агрессии, эпилептические припадки и голоса в голове. Врачи ничего не нашли, но только потому что она им не позволила этого сделать. Я нашла несколько записей о Мари в архивах Ордена, — экзорцист подняла голову и, прищурившись, всмотрелась в одно из окон: Уилл тут же проследил за ней, заметив, как занавеска за одним из стёкол колыхнулась, — но после шестьдесят восьмого года она словно исчезла из этого мира. Никаких упоминаний, никакого привлечения к работе, никаких…
— Она работала на Орден? — удивился Уилл.
— Да, была штатным медиумом с шестьдесят третьего по шестьдесят седьмой. Затем подала в отставку и еще около года помогала на безвозмездной основе. После этого ее следы обрываются. И вот мы здесь. Неожиданный поворот событий, вы так не находите?
— Определённо.
Подъезд встретил их тихим шуршанием крыс, запахом выпечки и падающей на голову штукатуркой. Квартира Мари оказалась на последнем этаже прямо под крышей — Уилл слегка наклонился, чтобы не удариться головой об откос. Обшарпанные стены, отошедший дверной косяк: все именно так, как он представлял себе подобные покосившиеся дома. Саша аккуратно постучалась и, приблизившись к двери, громко прокричала:
—
Уголки губ Уилла дрогнули — акцент Саши был настолько обворожителен, что не будь он слишком занят работой и попытками жить, он мог бы рассмотреть вариант пригласить ее на свидание. В какой-нибудь другой реальности.
За дверью послышалось невнятное шуршание, а затем она распахнулась, выплеснув на площадку яркий свет от лампочки. Саша отпрыгнула, наступив зашипевшему Андрэ на ногу, а в проёме появилась странной формы женская голова, похожая больше на змеиный клубок вокруг клубней картофеля. Лицо хозяйки квартиры зеленело самым ярким цветом, розовый халат кокетливо подмигивал Уиллу белым горошком, а закрытые тапочки на ногах в нескольких местах прохудились, позволяя пальцам с ярко жёлтым маникюром заигрывать со своими гостями. Клубни в волосах оказались всего лишь бигудями — Уиллу нужно было просто проморгаться от плывущих перед глазами оранжевых кругов, — а сама женщина оказалась приятного вида старушкой. Несколько мгновений рассматривая троицу через толстые стекла очков, она всплеснула руками, словно вспомнила что-то важное.
— Ой, что ж вы без предупреждения-то! Я бы вам чаю налила.
— Спасибо, нам немного некогда. Мы к вам… — Саша заглянула через плечо женщины вглубь квартиры, но по прищуру глаз было ясно, что ничего интересного она рассмотреть не смогла, — по одному делу. Личного характера. Понимаете, мой знакомый сказал, что вы можете снять порчу.
— Да что за глупости вы говорите! — запричитала старушка, пятясь обратно в небольшую прихожую. — Какую порчу? Вот еще выдумали. Порчи снимать я умею. То же мне шутники. — Она уже схватилась за ручку и начала закрывать дверь, как резко остановилась, сузила и без того маленькие бесцветные глаза и посмотрела на Сашу с подозрением. — А какой знакомый вам это сказал?
— Феликс.
Имя оказало чудодейственный эффект на старушку: ее зелёное лицо стало чуть светлее под глиняной маской, перекошенное беззубой улыбкой.
— А-а-а, Феликс. Что ж, тогда проходите. Негоже держать гостей на пороге.
Старушка пошире распахнула дверь и махнула, приглашая всех в квартиру. Саша коротко кивнула и тут же просочилась между женщиной и дверным косяком, а следом за ней внутрь влетел и Андрэ, оказавшийся более проворным, чем Уиллу до этого казалось. Когда же он занёс ногу, готовый переступить порог, старушка возникла прямо перед ним, привстала на носочках и сделала несколько быстрых глубоких вдохов. Как полицейская собака, когда в его машине искали наркотики по дороге из Канады. Уилл не знал, что нашла старушка, недовольно поджав губы, но вот овчарка оказалась более удовлетворённой поисками, как и полицейский, выслушивавший, откуда на обивке следы марихуаны и кокаина.
— От тебя пахнет смертью, мальчишка, — по-змеиному прошипела женщина, опускаясь на полную стопу и ткнула Уиллу в грудь пальцем.
— А от вас корвалолом и марихуаной, — парировал он, убирая от себя руку женщины. — Но я же не ставлю вам это в упрёк.
— Ты как будто в гробу пролежал с десяток лет. Бледный и… тухлый. Не пробовал карму почистить?
— Боюсь, мне ни один чёток не хватит, чтобы замолить все мои грехи.
На секунду ее бесцветные глаза вспыхнули серебристыми ободами, и, привстав на колени, она выдохнула ему на ухо:
— А я и не о них говорю, Уильям Белл. Не забывай, зачем ты здесь. И не отвлекайся. Тебе ведь не нужны проблемы, верно?
Отстранившись, она подмигнула Уиллу, развернулась и по-старушечьи засеменила вслед за Сашей и Андрэ вглубь квартиры.
