— Кто тебя научил так нелепо изображать праведный гнев? — покачал головой Зверобой. — Переигрываешь.
— Давай я его окутаю кислотным облаком, — предложил третий. — И подлечу, чтобы не сдох раньше времени. Сразу заговорит!
— Да не знаю я ни черта! — гневно вскрикнул Большой По. — Какого хрена?! Я напишу жалобу в саппорт! На всех форумах напишу, что вы издеваетесь над своими рабочими!
— Пиши, пиши… — задумчиво проговорил Зверобой. — Иркус, что ты там говорил насчет кислотного облака?
Я сжал зубы, зажмурился. Нельзя вмешиваться! Нельзя! Но и тупо смотреть, как издеваются над другом, невыносимо. Издали донесся голос Дианы, командовавшей цепью неграждан.
— Да ладно, ты чего, — открестился третий патрульный, которого звали Иркус. — Это же хуже, чем гореть заживо. Я так, попугать хотел.
— То-то, — удовлетворенно ответил Зверобой. — А то я уже подумал, что ты моральный урод вроде Рут. Нет, после этой садистки пытать парня нет смысла. Поступим проще — отправим его полетать, чтобы не портить себе карму. Покраснеет — будут сложности с
Он выбил меч из рук Большого По и легко поднял того за ворот одной рукой.
— Давай помогу, — предложил Иркус.
Они ухватили парня под мышки и поволокли к расщелине. Полидевк упирался, взывал к их благоразумию и проклинал меня, вопя, что с детства страшно боится высоты.
— Лучше сожгите! Отрубите голову! Что угодно, только не бросайте в пропасть! Там темно! Тесно! Гады, нельзя же так с живым человеком!
— Это ты-то человек, оницо? — проворчал Зверобой.
Он перехватил Большого По за ноги, после чего на пару с Иркусом сбросили его в расщелину. Вскрикнув, мой друг полетел вниз. До меня донесся приглушенный стук, хруст, потом сдавленный всхлип.
Только сейчас я вдруг понял, что у меня уходит время. Я уже три минуты провел камнем, и жизни оставалось еще на одну-две. Пятая или шестая минута убьет меня и воскресит на кладбище, которое, я был уверен, оцеплено «детьми». Эх, мог же отойти подальше! Враги стояли слишком близко, и сейчас вернуть себе человеческий облик — все равно что крикнуть: «Вот я, Скиф! Ловите меня!»
«Дети» посмотрели в расщелину. К ним подошла Диана, вернувшаяся из леса, доложила:
— Разбила оницо на группы по трое, выдала амулеты связи. Сказала шерстить лес, пока не найдут Скифа. — Заглянула вниз, поинтересовалась: — Скинули его, чтобы
— Угу, — ответил Иркус. — Надо добить божественную цепочку… Что за фигня с жирным? Он все еще падает, что ли?
— Не, — ответил Зверобой. — Похоже, застрял.
— Ни хрена не видно, но, похоже, да, так и есть, — констатировал Иркус. — Слишком толстый. Черт, и не добьешь ведь. Диана, пусти в него стрелу — и дело с концом.
— Чего сразу стрелу? — возмутилась Диана. — Сам запали расщелину. И будет дело с концом! Не ты один цепочку Фемиды делаешь!
— Может, «камень-ножницы-бумага»? — предложил Зверобой. Он огляделся, посмотрел на меня. — Или сбросим на него камень? Вон увесистый, таким точно можно добить.
— Убийство всем тогда засчитают, — мрачно заметил Иркус.
— Ответственность разделят на троих, не так сильно ударит по
Лидер группы направился ко мне. Я рефлекторно зажмурился, боясь, что на ощупь он определит во мне теплокровное существо. Но нет. Более того, даже для Зверобоя я оказался слишком тяжел, и он позвал на помощь Иркуса.
Кряхтя, они подняли меня и поволокли к расщелине, а в голове вертелось: разобьюсь? Или погибну раньше от пожирающей жизнь демонической способности?
Маг Иркус запустил несколько
— Эй, толстый! Подай голос, чтобы знать, где ты! Быстрее погибнешь, быстрее воскреснешь! А то так и будешь там торчать до скончания веков!
Большой По, по всей вероятности, не пришел в восторг от идеи торчать в темной расщелине вечность. Возможно, помимо агорафобии, он страдал так же и клаустрофобией, потому как сразу откликнулся:
— Здесь я, здесь! Сюда кидайте, сдохну и пойду в офлайн, мать вашу, чертовы садисты, мажоры долбаные, чтобы Нергал вас разодрал, чтобы Фемида прокляла и обломала вам всю гребаную божественную цепочку, чтобы из ваших вонючих задниц вечность торчал перец чили, чтобы…
Дальше пошел поток таких грязных ругательств, что троица «детей» заслушалась, но, поняв, что заткнуть фонтан красноречия Полидевка можно только радикальным способом, засуетилась. Они подкатили меня-валун к краю прямо над Большим По и все вместе столкнули вниз.
Я полетел в черноту. Из горла рвался крик, но камни не кричат, а обратно в человека я превращаться не спешил. Хрясь! Камни ничего не чувствуют, зато вот Большой По почувствовал нашу встречу во всей остроте ощущений. Я-камень задел его, пролетев мимо. Приятель разразился новой серией ругательств, еще более вульгарных.
— Не попали? — донесся голос Дианы. — Да и Нергал с ним, валим.
