Вне игры полностью

Я инстинктивно сделал шаг назад. Большой По понял, чего я испугался, и поднял руки, выставив ладони:

— Оу-оу, спокойно! Хвоста нет, я Ночное зрение прилично прокачал, заметил бы. Никаких меток на меня не вешали, сам посмотри. Я чист. Было бы иначе, нас бы уже прямо сейчас скрутили.

— Уверен?

— Ну, не на сто процентов, но… — Он пожал плечами. — Если поймают, убедимся, что я был неправ, и тебе стоит уходить в соло-прокачку. Лучше расскажи, о чем ты договорился с демоном?

— С бесом, — на автомате поправил я. — Демоны другие.

— Ага, с бесом. Что он дал за помощь?

Усмехнувшись, я решил, что лучше уж сразу продемонстрировать — для наглядности, так сказать. Не заморачиваясь с новыми возможностями Мимикрии, просто применил способность. Одним глазом поглядывая на реакцию По, осмотрелся, выбрал цель — и через мгновение противной боли, сжавшись и вытянувшись, превратился в кротовину. Ну а почему нет? Куполообразный земляной бугорок, подмеченный мною неподалеку, выглядел эффектно, во всяком случае, на По впечатление явно произвел.

К сожалению, на меня тоже. Хочешь стать кучкой — почувствуй себя кучкой. Разум в то же мгновение принялся мне нашептывать, что, если есть я, должен быть и крот-создатель, и моя миссия — служить ему во веки…

А пока я разбирался с тем, кучка я или право имею, Большой По обошел вокруг меня-кротовины, коснулся плеча, потер между пальцами рубаху.

— Блин, как настоящая земля!

Он даже собрался меня пнуть, но я тут же отменил действие навыка, пока окончательно не ушел в служение кроту-создателю. От неожиданности Полидевк отшатнулся, да так резко, что оступился и упал на задницу.

— Как это выглядело со стороны? — спросил я и уточнил: — Процесс превращения.

— Как будто монтаж фильма прошлого века. Вот была горка земли — и бац! — ее нет, зато появился ты. Прикольный навык. Превращаться можешь, как я понимаю, только в неодушевленные объекты?

— Типа того, — ухмыльнулся я, вспомнив о Хищном сундуке.

Как и после прошлого воскрешения, Большой По был в одних трусах, весь исцарапанный, в кровоподтеках. Мне все больше казалось, что этот вид наиболее ему привычен. В Калийском дне народ побогаче выглядит.

Я вытащил из инвентаря холщовую рубаху, ржавую кирасу, ботинки и остальную его экипировку. Протянул приятелю оброненный двуручный меч.

Пока Полидевк одевался, я вслух размышлял:

— Смотри. Бесконечно скрываться на поверхности нереально. Рано или поздно они нас найдут и догадаются использовать Факелы Истинного пламени. Тогда планам конец. К тому же… — Я задумался, прикидывая, как не загрузить его своими проблемами, но все же решил быть откровенным: — У «детей» рычаги давления на меня в реале. Они угрожают моей семье и друзьям. Как только им станет ясно, что мы с тобой вроде как друзья, за тебя возьмутся всерьез. Хочу, чтобы ты это знал и понимал, чем рискуешь, прежде чем решишься и дальше двигаться со мной.

Большой По сплюнул, ухмыльнулся:

— Просто пообещай, что, когда выберемся, ты включишь свои «рычаги». В Дисе. И мы возьмём гребаных «детей» за яйца! Особенно эту тварь Рут!

— У нее они вряд ли есть, но обещаю. Это сейчас моя главная цель, потому что…

И я рассказал ему о нападении на Калийское дно. О смерти Малика и исчезновении Тиссы, о гибели десятков неграждан и диких, о роли «Детей Кратоса» во всем, что произошло.

Большой По лишился дара речи. Он хватал воздух, как рыба на берегу. С трудом найдя слова, смог лишь прошептать:

— Инфекта больше нет…

Сглотнув ком в горле, я кивнул:

— Его больше нет. Так что все серьезно, Уэсли. Повторяю, подумай хорошо, стоит ли тебе ввязываться в эту игру.

Он медленно поднял голову, внимательно посмотрел в глаза таким взглядом, будто увидел во мне что-то новое. Упрямо помотал головой:

— Нет, Шеппард, ты от меня так легко не отделаешься. Дай только выбраться, а потом мы этим уродам устроим! — И погрозил кулаком в беззвездное небо Стылого ущелья…

К полуночи у нас был четкий план: пробраться в ущелье, проникнуть в шахты и уйти подальше в глубь скалы, где можно оставить персонажей. Правда, идти решили не через горловину, а со стороны долины.

— Расщелина, куда упал Вагончик, ближе всего, — сказал Большой По. — Я заглядывал туда, видел, что там есть ходы вглубь. И давай поторопимся, а то ночи тут безлунные, ни черта не видно.

Царила затянувшаяся предзакатная серость, нас мучила так называемая куриная слепота, когда очертания предметов плывут, преображаются и не рассмотреть деталей. Но все лучше, чем мгла ночи, когда есть риск свернуть себе шею и невозможно двигаться бесшумно… Я покосился на пыхтящего Полидевка, топающего, как слон. С его одышкой нужно было что-то делать, и я решил, что первым делом, как это станет возможно, клан оплатит его лечение.

— Стой, — прошептал Большой По. — Смотри.

Я посмотрел туда, куда он показывал. Вот знакомый пролесок, а вдалеке вроде та самая слоистая скала, где прятался Полидевк. Подход к ней перечеркнут черным проломом. Рядом валялись доски, оброненные Большим По, после того как я его вероломно убил.