Она рядом создала ещё одну. Часть зомби, которые за нами гнались, тут же упали в неё, издавая жалобное урчание. Они падали, как подкошенные, не понимая, что происходит. Некоторые цеплялись друг за друга, образуя жуткие гирлянды из тел, которые тянули всех в черноту.
Я же, поглотив энергоядро, чтобы восстановить энергию, перекинул щит на Вику, потом на себя. Голова закружилась от напряжения — переключение рун отняло много сил.
— Давай, давай на выход! — кричала мне Вика, оглядываясь через плечо.
Словно я сам не знал. Лёгкие горели от напряжения, мышцы ныли, но остановиться сейчас значило умереть. Или хуже — стать одним из них.
Мы бежали в сторону разрыва. Впереди виднелось свечение — не яркое, но заметное, как будто кто-то провёл ножом по ткани реальности. Это был наш выход, наш билет обратно. И буквально настигаемые зомби, мы прыгнули в разрыв червоточины.
Мир снова перевернулся с ног на голову. Меня выворачивало наизнанку, как будто бы разложило на атомы и сложило снова вместе. Каждая клетка тела кричала от боли и непонимания происходящего. В глазах мелькали картинки — лица, места, события, которых я не помнил. Или помнил, но забыл? Темнота сменялась вспышками света, а звон в ушах — оглушающей тишиной.
Вывалившись в нашу реальность, я развернулся, кое-как проморгавшись. Первое, что сделал, — это откатился в сторону и убедился, что Вика тоже уже пришла в себя. Она отошла, держа пистолет, наведённый в сторону разрыва. Не теряя ни секунды, я создал под разрывом бездну, чтобы любой, кто попытается пройти за нами, упал в неё.
А сам же понимал — что-то поменялось. Я лихорадочно пытался понять, что именно. В голове крутились образы, слова, ощущения, которых не было раньше. Странное чувство дежавю, только наоборот — будто вспоминаешь то, чего не было.
И тут до меня дошло — часть памяти вернулась. Фрагменты прошлого встали на свои места, как кусочки пазла. Не всё, но достаточно, чтобы понять — я знал больше, чем думал.
— Ты в порядке? — Вика подошла ко мне, тяжело дыша. На её лице виднелась царапина, а в глазах — беспокойство.
— Да, — ответил я, вставая на ноги. — Вспомнил кое-что, — улыбнулся я.
— Так что ты вспомнил? — спросила Вика, перезаряжая пистолет одним плавным, почти механическим движением. Её глаза внимательно изучали моё лицо, пытаясь прочесть то, что я сам пока не мог сформулировать.
Благо, мне не пришлось отвечать. В этот самый момент раздались знакомые звуки — шлёп, шлёп — влажное чавканье плоти при переходе, звук, от которого по спине пробегал холодок. Мы напряглись, вскинув оружие, но перед нами никто так и не выскочил. Вернее появился, но система сработала как надо — они просто упали в бездну, созданную мной ранее. Глухие удары и отдалённое урчание эхом разносились из чёрной пропасти, постепенно затихая в её бездонных глубинах.
Однако радоваться было рано. Первыми выпали из червоточины два зомби, за ними ещё один — массивный, с оторванной челюстью и выпирающими рёбрами. Потом ещё два — эти были почти как живые, их конечности двигались с пугающей координацией.
Мы наблюдали за этой картиной, палец на спусковом крючке, дыхание задержано для более точного выстрела. Вика, посмотрев на меня, прищурив взгляд, сказала:
— Ну вот. Ты бездну сделал, весь опыт тебе пойдёт.
— Ой, молчала бы уже, — фыркнул я, наблюдая за тем, как зомби один за другим падают в бездну.
Сам же при этом взглянув на мигающую полоску опыта и с удивлением заметил, что она поднялась больше, чем на треть. Прогресс, которого здесь пришлось бы добиваться днями, если не неделями. Выходит, действительно в червоточине быстрее можно прокачаться, чем в нашей реальности. Червоточина словно концентрировала всё — и опасности, и награды.
— Предлагаю тебе поставить рядом ещё одну бездну. И давай двигать отсюда, — сказал я, озираясь по сторонам. Разрыв всё ещё пульсировал тревожным зеленоватым светом, и кто знает, сколько ещё тварей могло вывалиться из него в любую секунду.
— Поддерживаю, — коротко сказала она.
Она сделала рядом с моей ещё одну бездну и я перекинул на нас руны щита.
Руна Щита активирована.
Мы стали углубляться в лес, двигаясь быстрым, но осторожным шагом. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь густую листву. Где-то вдалеке слышался шум воды — возможно, небольшой ручей или речка. В другой ситуации это место показалось бы даже красивым.
Пока мы шли через лес, Вика несколько раз пыталась расспросить, что же я вспомнил. Её голос был настойчивым, но не давящим — она понимала, что нечто важное пробилось сквозь туман забвения, окутывавший мои воспоминания.
— Это связано с системой? — спросила она очередной раз, когда мы перебирались через поваленное дерево. — С тем, что происходит?
