Я благодарно кивнул, но сказал, чтоб приберегла себе, достав из инвентаря точно такой же и активируя его. Энергия тут же начала восстанавливаться, приятное тепло разлилось по телу, смывая усталость и боль.
— Эти бирюзовые с каждым годом всё умнее, — заметила Вика, осматривая место схватки. — Раньше они просто бросались в лоб.
Мы обменялись взглядами. Если зомби эволюционируют в таком темпе, то что будет дальше?
— Собери лут и пошли дальше, — сказал я Вике.
Та кивнула и быстренько пробежалась по телам поверженных зомбаков, которые уже окончательно растворились. Я наблюдал за окрестностями, держа оружие наготове. После столкновения с бирюзовым расслабляться не стоило.
— Четыре энергоядра и разная жрачка, — отрапортовала она, возвращаясь ко мне и рассовывая добычу по карманам разгрузки. — Два консервированных супа, какие-то энергетические батончики и пачка галет.
— Отлично, — кивнул я, вставая и отряхивая землю с колен. Плечо всё ещё ныло от столкновения с бирюзовым, но на серьёзную травму это не тянуло. — Пойдём.
Мы двинулись дальше, держась края леса и внимательно осматривая местность впереди. После стычки с организованной группой зомби под руководством бирюзового я стал ещё осторожнее. Что-то менялось в системе, и эти изменения мне совсем не нравились.
Вика шла чуть позади, время от времени оглядываясь назад. Её лицо было сосредоточенным, между бровей залегла морщинка, которая всегда появлялась, когда она о чём-то напряжённо думала.
— О чём задумалась? — спросил я, перешагивая через поваленное дерево.
— О твоём рассказе вчера, — ответила она. — Если ты был частью команды тестеров, то, возможно, знаешь больше о системе, чем мы все, прожившие десять лет тут думали.
Я задумался. Обрывки воспоминаний, вернувшиеся ко мне, давали какое-то понимание происходящего, но слишком фрагментарное.
— Я помню не так много, — признался я. — Но то, что эти зомби становятся всё умнее и организованнее… это тревожит меня. В тех тестовых полигонах ничего подобного не было.
— То есть система эволюционирует? — Вика нахмурилась ещё сильнее.
— Похоже на то. И не факт, что это заложено в её изначальный код. Может, она как-то… адаптируется сама.
Мысль была тревожной, и мы оба замолчали, продолжая путь.
Спустя час мы вышли на опушку леса. Вдалеке виднелся город — пригород. Типичные пятиэтажки, частный сектор по окраинам, пара высоток в центре. С такого расстояния он казался почти нетронутым, но все говорило о том, что это обманчивое впечатление.
Мы решили с Викой обойти его по широкой дуге. Ни один из нас не горел желанием соваться в городские постройки без крайней необходимости — слишком много укрытий для зомби, слишком много слепых зон и потенциальных ловушек.
Продвигаясь на приличном расстоянии от окраин пригорода, мы старались держаться низин и оврагов, где наше присутствие было бы менее заметно. Солнце уже перевалило за полдень, жара становилась ощутимой даже в тени.
Я сделал глоток воды из фляги, когда Вика вдруг замерла, прислушиваясь.
— Слышишь? — спросила она, поднимая руку.
Я напряг слух и различил в отдалении характерные звуки — выстрелы. Не одиночные, а целые очереди, перемежающиеся короткими паузами.
— Как думаешь, кто это может быть? — спросил я Вику.
Та на мгновение задумалась, прикидывая варианты.
— Раз мы находимся на условной территории фракции тёмных, то, скорее всего, это именно они, — сказала она наконец. — Хотя могут быть и другие выжившие.
Выстрелы не прекращались, что было странно. Обычно стычки с зомби длились недолго — либо люди быстро расправлялись с угрозой, либо… становились частью этой угрозы.
— Ну что, глянем, что там? — спросил я, чувствуя, как любопытство борется с осторожностью.
— Ну, давай глянем, только лучше держаться в стороне, — предложила Вика. — Если там уже помогать некому, то и смысла нет соваться.
Я, согласившись с ней, кивнул, и мы пошли в сторону непрекращающихся звуков стрельбы. Двигались осторожно, часто останавливаясь и прислушиваясь, готовые в любой момент отступить, если ситуация покажется слишком опасной.
Чем дальше мы углублялись в городские постройки, тем отчётливее были слышны выстрелы. Они разносились эхом между бетонными коробками домов, отражались от асфальта, создавая иллюзию, что стреляют со всех сторон.
Но была в этих звуках одна особенность, которая сразу бросалась в уши. Они не были хаотичными, они не были отчаянными на весь рожок — они были методичными, чёткими. Как будто бы там работали те, кто знают, что делают. Профессионалы, а не паникующие гражданские.
— Как думаешь, может, это специально устроили охоту на зомбаков, чтоб пособирать энергоядра? — предположил я, когда мы пробирались через очередной дворик, заставленный брошенными автомобилями.
— Не знаю, — ответила Вика, перепрыгивая через капот покосившегося Фольксвагена, — но вполне может быть. Слишком уж чётко и равномерно звучат выстрелы.
Она была права. Обычно, когда люди отбиваются от зомби, стрельба нервная, неритмичная. Тут же словно кто-то работал по графику — три выстрела, пауза, ещё три выстрела, пауза.
