Тело на дороге оказалось мужчиной лет пятидесяти в потрёпанной куртке и рабочих брюках. Рядом валялся рюкзак, из которого высыпались консервы и какие-то инструменты.
— Мёртв, — констатировала Вика, осмотрев тело. — И довольно давно. Дня два, не меньше.
Я осмотрелся вокруг. Следы шин на обочине, примятая трава, пятна крови на асфальте.
— Похоже, его сбила машина, — сказал я. — Может, те же ребята с моста промышляют и здесь грабежом. Только почему не подняли добро?
Вика кивнула, остановившись и стала собирать рассыпавшиеся вещи в рюкзак погибшего.
— Что ты делаешь? — спросил я.
— Не пропадать же добру, — ответила она. Не оставлять же так.
Я с удивлением смотрел, как она методично собирает вещи, а потом, отдав мне рюкзак, берёт тело за ноги.
— Ну что смотришь? Помогай. Отнесём его в сторону от дороги.
Вдвоём мы перенесли тело в канаву у дороги.
— Интересно, кто он был, — сказала Вика, когда мы закончили.
— Может, такой же путник, как и мы, — ответил я. — Искал что-то или кого-то.
Мы постояли несколько минут в молчании, а потом вернулись к машине. Рюкзак погибшего я бросил на заднее сиденье — там были полезные вещи: консервы, инструменты, даже пара энергоядер.
— Ты веришь в знаки? — вдруг спросила Вика, когда мы тронулись с места.
— В каком смысле?
— Ну, в судьбу, предзнаменования, всё такое.
Я задумался.
— Не знаю. С одной стороны, всё это кажется суеверием. С другой… после всего, что произошло с миром, я не готов отрицать ничего.
Вика кивнула, глядя на дорогу.
— Иногда мне кажется, что жизнь пытается нам что-то сказать. Только мы не всегда понимаем.
— И что она пытается сказать сейчас?
— Может быть, то, что дорога впереди не будет лёгкой, — тихо ответила она. — Но мы всё равно должны идти.
Я молча смотрел на неё. В её голосе было что-то новое — нотки глубокой задумчивости, которых я раньше не замечал.
Так мы ехали ещё несколько часов, пока не начало темнеть. Отъехав от Алексеевского на сотню километров, мы ехали по трассе, ведущей на восток. Если повезёт, до ночи еще сотню километров пройдем.
— Скоро стемнеет, — заметила Вика. — Надо будет где-то остановиться на ночь.
— Да, — согласился я. — Но не здесь. Отъедем подальше сколько сможем. Не хочу, чтобы те ребята у нас на хвосте были. Дорога то одна.
Мы продолжали движение ещё около часа, пока не нашли подходящее место для ночлега — небольшую лесополосу у дороги, с густым подлеском, где можно было спрятать машину от посторонних глаз.
Загнав Ниву между деревьями, я заглушил двигатель. Тишина разлилась вокруг, нарушаемая только шелестом листьев и далёким криком ночной птицы.
— Перекусим? Тоже, наверное голодная? — спросил я, доставая сухпайки.
— Как волк, — улыбнулась Вика. — Но костёр разводить не будем. Слишком опасно.
Мы перекусили холодными консервами, запивая водой из фляжки. Потом расстелил спальник прямо в машине — на заднем сиденье. Спать в салоне было не слишком удобно, но безопаснее, чем снаружи.
— Я первый дежурю, — сказал я, устраиваясь на водительском сиденье с автоматом на коленях.
Вика кивнула, забираясь в спальник на заднем сиденье.
— Разбуди через четыре часа. И если что — не герой одиночка.
— Обещаю, — усмехнулся я.
Она быстро уснула — буквально через пару минут её дыхание стало ровным и глубоким. А я смотрел через лобовое стекло на тёмную лесополосу, вслушиваясь в ночные звуки и размышляя о том, что нас ждёт впереди.
Завтра нужно проехать ещё сотни километров, преодолеть разную хрень, которая будет встечаться на пути. А ведь будет — еще ни дня спокойно не прошло с момента как я очнулся. И всё ради одного — найти Аню. Найти человека, который может уже и не помнить меня. Или, что ещё хуже, не захотеть вспоминать.
А что, если я найду её, и она уже не та, кого я помню? Что, если эти десять лет изменили её настолько, что мы станем чужими друг другу?
Эти мысли не давали покоя, кружась в голове как стая встревоженных птиц. Я смотрел на спящую Вику и думал о том, как странно сложилась моя жизнь. Потерянное прошлое, неопределённое будущее, и только настоящее, в котором есть хоть какая-то опора.
С этими мыслями я незаметно для себя задремал, привалившись к дверце. И мне приснилась Аня — такая, какой я помнил её до того, как мир изменился. Она улыбалась и протягивала руку, а я никак не мог до неё дотянуться…
Проснулся я от лёгкого толчка в плечо. Вика стояла рядом, прижав палец к губам.
— Тихо, — прошептала она. — Кажется, у нас гости.
Я мгновенно пришёл в себя, сон как рукой сняло. Инстинктивно потянулся к автомату, лежавшему на коленях.
— Сколько? — одними губами спросил я.
— Двое, — так же беззвучно ответила Вика. — Людей. Со стороны дороги.
Осторожно, стараясь не скрипнуть сиденьем, я повернул голову к лобовому стеклу. Сквозь ветки деревьев виднелись две тёмные фигуры, медленно приближающиеся к нашему убежищу. У обоих в руках было что-то, похожее на оружие.
— Из тех же? — прошептал я.
— Похоже на то, — кивнула Вика. — Может, и те самые, с моста.
Люди двигались осторожно, часто останавливаясь и прислушиваясь.
— Что будем делать? — спросила Вика, сжимая в руке нож.
