Неожиданно зазвонил мобильник. Чжао Жуйлун посмотрел, чей это номер, и не принял звонок. Но телефон продолжал упорно и нескончаемо названивать. В конце концов Чжао Жуйлун включил телефон:
– Да, сестра, слушаю.
Чжао Жуйлун сызмальства никого не боялся, боялся лишь третьей старшей сестры. Она была непревзойденной в семье по интеллекту и мудрости, лучше всех понимала его намерения, зная обо всех его тараканах в голове. Повелительным тоном, не терпящим возражений, она сразу заявила:
– Жуйлун, как только ты задрал хвост, я тут же поняла, куда ты летишь! Послушай, не надо продолжать это безумие! Надо быть здравомыслящим, чувствовать маневр! Отец приказывает тебе прекратить все темные дела! Немедленно убирайся из провинции N, не нужно идти на смерть. Ты у отца единственный сын, у нас, троих сестер, ты единственный младший брат!
У Чжао Жуйлуна на глаза навернулись слезы, всё вокруг стало расплывчатым и неясным. И как раз в это время раздался смутный вой полицейской сирены, приближающийся издали, постепенно становившийся всё более отчетливым. Чжао Жуйлуна внезапно осенило: сестра, совершенно очевидно, могла позвонить так своевременно, лишь получив от кого-то сигнал тревоги! Если здраво поразмыслить, отец, в конце концов, работал столько лет и губернатором, и секретарем парткома… у большого дерева глубокие корни!
Чжао Жуйлун направился к английской вилле, тяжелыми шагами взобрался по узкой лестнице. Он прошел наверх в мансарду и встал перед полукруглым окном. Как раз напротив был банкетный зал дома номер один, ярко освещенный, как сцена или тир, все люди были как на ладони.
Чжао Жуйлун вновь прикурил сигару, глубоко затянулся, медленно выпустив густое облако дыма.
На углу английской виллы стрелок со снайперской винтовкой уже занял позицию, ожидая его приказа.
Чжао Жуйлун в итоге не отдал приказа на уничтожение. Помахав рукой, он скомандовал стрелку отход, но сам уходить не захотел. С сигарой в зубах Чжао Жуйлун прицелился из воображаемой снайперской винтовки в перемещавшегося по банкетному залу Хоу Лянпина и три раза произнес: «Пам! Пам! Пам!»
Полицейская машина и машина прокуратуры подъехали одна за другой…
Из-за этого опасного Хунмэньского пира сердце Цзи Чанмина билось так, что едва не выпрыгнуло из глотки. Как только мобильник Хоу Лянпина оказался выключен и ниточка связи была потеряна, Цзи Чанмин немедленно связался с Чжао Дунлаем, чтобы незамедлительно ехать. Найдя в здании номер один Хоу Лянпина, Чжао Дунлай глубоко выдохнул:
– Ох, начальник Хоу, а ты и тут балдеешь? Всё поёшь? А главный прокурор Цзи повсюду тебя разыскивает, говорит, нужно провести партийное собрание прокуратуры, а ты, похоже, не спешишь?
Хоу Лянпин, поняв намек, похлопал себя по голове:
– Ты смотри, я же помнил, а как только увидал нашу тетушку Ацин, всё и забыл! Пошли, пошли…
Цзи Чанмин с Лу Икэ тоже прибыли на виллу. Как только Хоу Лянпин сел в полицейскую машину к Цзи Чанмину, он тут же доложил:
– Прокурор Цзи, ситуация ясная, логово именно здесь. Налицо сговор чиновников и коммерсантов.
Первыми словами прокурора Цзи был вопрос:
– Включая этого твоего однокашника Ци Тунвэя?
– Да, Ци Тунвэй сам признался, что имеет акции в корпорации «Шаньшуй».
Цзи Чанмин впился глазами в Хоу Лянпина:
– В таком случае где доказательства? Доказательства получены?
Хоу Лянпин покачал головой:
– Нет, мобильник, диктофон – всё было изъято, они очень бдительны!
Цзи Чанмин вздохнул:
– Нет доказательств, тогда не о чем сейчас и говорить…
Хоу Лянпин, разумеется, это понимал. Но он понимал также, что Лю Синьцзянь – вот прорыв! У него не только свои проблемы, он еще и связующее звено между пекинской семьей Чжао и корпорацией «Шаньшуй». Они сейчас очень боятся, что Лю Синьцзянь раскроет рот! Хоу Лянпин предложил всю ночь допрашивать Лю Синьцзяня, чтобы как можно быстрее заставить его заговорить, не дать противнику шанса на передышку. Цзи Чанмин, поглядев на наручные часы, сказал:
– Ну, тогда всем придется потрудиться, работаем сверхурочно!
Только когда напряжение спало, Хоу Лянпин ощутил настоящий страх. Подняв лицо к хмурому небу, он словно увидел кромешную темноту дула снайперской винтовки, нацеленного ему в голову. Человек так хрупок, жизнь может оборваться в любой момент. Но сегодня вечером, наверное, всё-таки стоило рискнуть отправиться на банкет – Ци Тунвэй вынужден был сыграть с ним в открытую. Хотя решающих доказательств добыть не удалось, однако же остались зацепки. Чжао Жуйлун, Гао Сяоцинь – кто из них побежит? Падение бастиона корпорации «Шаньшуй» – вопрос очень короткого времени.