– Вновь прибывший секретарь комиссии по дисциплине, вновь прибывший секретарь парткома, да, еще и ты – вновь прибывший начальник Департамента по противодействию коррупции! Похоже, наша провинция должна измениться!
Наконец появился веселый и радостный Ша Жуйцзинь – он провожал того самого нового секретаря дисциплинарной комиссии – и ритуально поздоровался с обоими. Цзи Чанмин представил Хоу Лянпина, и Ша Жуйцзинь пошутил:
– Я знаю, Главное управление по противодействию коррупции Верховной прокуратуры величественно презентовало молодой талант!
Хоу Лянпин был несколько смущен. Ша Жуйцзинь жестом предложил обоим гостям сесть на диван, заняв место напротив.
Ша Жуйцзинь держался раскованно; сказал, что сам прибыл совсем недавно и в должности всего двадцать восемь дней, включая сегодняшний. Всё это время он в основном ездил в города и уезды провинции, уяснял ситуацию. Ведь без этого не о чем и говорить. Цзи Чанмин и Хоу Лянпин, кивая головами, достали ноутбуки, готовясь делать заметки. Но Ша Жуйцзинь махнул рукой:
– Сегодняшнюю беседу не надо записывать, просто запомните сказанное – этого достаточно.
Секретарь признался, что результаты его поездок не слишком оптимистичны, ситуация с кадрами вызвала у него определенное беспокойство. Люди недовольны, люди не радуются! Да еще в эти двадцать восемь дней в Цзинчжоу на берегу озера Гуанминху произошел странный пожар, приключилось позорное и получившее широкую огласку «дело 16 сентября». Хоу Лянпин вставил реплику о том, что он в Кунмине видел в сети ролик с места событий. Ша Жуйцзинь хлопнул по подлокотнику дивана:
– Поэтому я и говорю о позорной широкой огласке. Да еще сбежал коррумпированный вице-мэр! Вот такой мне сделали приветственный подарок! Ну, хорошо, без церемоний принимаю!
Хоу Лянпин почувствовал, что у этого руководителя парткома провинции действительно есть характер, он говорил свободно, но не терял нити, легко вызывал у собеседников чувство расположения и доверия. На досуге Хоу Лянпин любил читать рыцарские романы. Ша Жуйцзинь походил на ушедшего от мира выдающегося человека, среди других не имеющего себе равных. И что еще более важно, по характеру речи руководителя Хоу Лянпин угадывал, что они – люди одного типа, одинаково болеющие сердцем за страну.
Цзи Чанмин явно ощущал некоторую отчужденность, что вызвало смутное беспокойство у Хоу Лянпина. Ша Жуйцзинь продолжил говорить, развивая основной тезис: он совещался с руководством Верховной народной прокуратуры о назначении человека из Главного управления по противодействию коррупции на должность заместителя начальника департамента провинции. Товарищ секретарь выразил благодарность, а также сам предложил: на должность не исполняющего обязанности заместителя, а именно начальника департамента!
Хоу Лянпин только теперь понял, что прежний начальник Главного управления, оказывается, принял окончательное решение, никогда не встречаясь и не имея никаких дел с этим неизвестным ему руководителем провинции, и на сердце у него потеплело. По неписаным правилам, назначаемые на места кадровые работники центральных ведомств обычно не получали слишком высокие должности, так что для него, начальника следственного отдела Главного управления по противодействию коррупции назначение на должность исполняющего обязанности начальника департамента уже необычно, к тому же это предполагало еще и членство в парторганизации прокуратуры.
Ша Жуйцзинь торжественно произнес:
– Товарищ Лянпин, сегодня от лица парткома провинции я искренне приветствую твое прибытие для принятия должности в прокуратуре.
Тронутый Хоу Лянпин встал:
– Секретарь Ша, спасибо вам и парткому провинции за доверие.
Ша Жуйцзинь взмахнув рукой, усадил его:
– Садись, товарищ Лянпин, садись!
В этот момент Ша Жуйцзинь наконец обратил внимание на присутствие Цзи Чанмина. Он посвятил главе прокуратуры и начальнику Департамента по противодействию коррупции несколько слов:
– Во-первых, антикоррупционная работа с этого дня не имеет потолка. Это означает, что какого бы человека ни касались вопросы противодействия коррупции, какого бы уровня ни был кадровый работник – расследование должно идти до конца. Как быть при превышении полномочий? Докладывать в партком, запрашивать центральные ораганы о проведении расследования и привлечении к суду!
Цзи Чанмин и Хоу Лянпин, вынув ноутбуки, начали делать заметки, и Ша Жуйцзинь больше не ограничивал их.
– Второе: низы тоже отнюдь не неприкасаемы. Бить надо и тигров, и мух. Муха хоть и маленькая, но мерзкая, распространяет заразу, дурно влияет на общественные нравы; так что нет пределов и по направлению вниз. Третье: необходимо прилагать все усилия к тому, чтобы брать коррупционеров на месте преступления. Нельзя тянуть резину и оставлять возможности для коррупции. Как только кто-то замечен в коррупционных действиях, необходимо немедленно расследовать всё до конца. И расследовать надо по закону, с неопровержимыми доказательствами на руках. Не может идти речи ни о какой «безопасной посадке»! Мне безразлично, из какой группировки или какой фракции этот человек!