- Инквизиции, - торопливо поправил себя арбитр. – Теперь я точно вспомнил. Это было двенадцать лет назад, я еще не занимал эту должность. Мы выявили канал поставок запрещенных наркотиков, обостряющих чувствительность к варпу, начали отслеживать покупателей, в их числе была и владелица «Шести цветков». И когда готовили операцию, чтобы накрыть всех разом, пришел приказ полностью свернуть расследование. Приказ из Инквизиции. Мы проверили – все коды и печати были подлинными. Что нам еще оставалось делать?
- Я так понимаю, в письменном виде этот приказ не сохранился?
- Нет, самоуничтожился. Может совпадение, а скорее нет, но через несколько месяцев мой предшественник погиб при очень странных обстоятельствах. Он был убит в собственном запертом изнутри кабинете, обезглавлен одним ударом, без каких либо следов борьбы.
- А материалы расследования?
- Данные на когитаторах были уничтожены логическим вирусом одновременно с гибелью проктора Дакулиса. Но несколько протоколов допросов сохранились в моем личном архиве. Это были черновики, которые потом заносились в базу данных, нигде не регистрировались.
- Как думаешь, он говорит правду? – спросил Тор у Владислава.
- Он что-то умалчивает, чтобы выставить себя в более выгодном свете, - печально ответил тот. – Но напрямую еще ни разу не солгал.
- Я тоже не чувствую лжи. Верни ему оружие, - инквизитор снова обратился к Кейну. – Ну что же, проктор. Признаю, что вы невиновны. Сейчас мы пойдем и изучим ваши протоколы, а потом я хочу получить доступ к вашим архивным когитаторам.
- Но я же сказал, данные были стерты.
- Чтобы уничтожить данные без следа, нужно очень хорошо постараться. И я думаю, что хоть какой-то след мы найдем.
Они шли по коридорам судебной крепости, и Тор находу отдавал по воксу приказы:
- Варез, передай Варнаку, чтобы все бросал и отправлялся ко мне, нужно совершить небольшое чудо. Затем доберись до ближайшего отделения Администратума, разрешаю использовать малую инсигнию. Запроси все данные по пропавшим кораблям в секторе за последние полвека. Отдельно также запроси данные по пропавшим кораблям, последним пунктом отправления которых была Рисла IV. И пусть Герман, когда будет проводить допросы, проверит реакцию всех еретиков на имя «Корвений Тейр». Будет хоть малейший отклик – пусть немедленно, нет, НЕМЕДЛЕННО сообщит мне по прямой связи.
- Не знаю, кто такой Тейр, - шепнул по воксу Вертер, - но кажется крови он у вас попил немало.
- Не только у меня. И «немало» - это очень мягко сказано.
ПРИМЕЧАНИЯ:
(1) – печенье (пол.)
(2) – Вертер не знает, как на готике будет «презумпция».
Постепенно к Вертеру приходило понимание, что «улей» - это самое подходящее название для этого города не только из-за запредельной плотности населения и многоуровневой застройки, превращающей всю громаду в десятки, если не сотни, кубических километров в одно исполинское здание. Оно имело смысл более глубокий и отвратительный, который проявлялся тем сильнее, чем глубже Вертер углублялся в его чрево.
Он перемещался через все те же коммуникационные линии, пронизывающие всю громаду улья параллельно с основными туннелями и коридорами, только на этот раз не безоружный. Весь его внушительный аресенал, тщательно подогнанный и подтянутый, был распределен по телу, чтобы не выдать лишним звуком. Вдобавок, рядом неотступно следовал сервочереп, выделенный магосом Варнаком. На словах для обеспечения связи, по факту – для слежки за ним самим. Излишняя предосторожность. Улей велик, просто невообразимо огромен, но бежать здесь некуда.
Вертер остановился и сверился с устройством, напоминающим помесь счетчика Гейгера и старинного планшетного миникомпьютера. Называлось это «ауспекс», работало по неясному науке принципу, и в настоящий момент улавливало только феромонный след, оставшийся в воздухе за одним из культистов, уцелевших после бойни в «Шести цветках». Именно бойни, потому что слишком неравны были силы. Вертер слышал доклад Германа и по нему выходило, что вооруженных там почти не встречалось. Какое-то сопротивление оказала только управляющая, та самая, что недавно встретила киборга на пороге борделя. Использовала, со слов дознавателя, «колдовство», надо полагать, какой-то особый вид псайкерских сил. Попытка оказалась хорошей, но тщетной, умений и могущества Германа хватило, чтобы развеять колдовство без следа и сковать ее, а удар шоковой дубинки докончил дело. Большую часть просто вырезали, некоторых взяли живьем. За исключением троих беглецов, которые наверняка мнили себя везунчиками, но на самом деле просто оттягивали неизбежное, потому что им позволили бежать.
Сразу после завершения зачистки «Шести цветков», инквизитор собрал всю группу на брифинг, на котором определились с планом дальнейших действий.
