— Мисс Мерфи, вы там? Меня зовут Изабелла Синклер. Мы с другом надеялись с вами поговорить. Мы займём всего пару минут вашего времени.
Мы подождали несколько секунд, а потом услышали звук набрасываемой на дверь цепочки, и я снова поразился дару Изабеллы выбирать верную манеру разговора.
Сначала дверь лишь слегка приоткрылась. В щели показался глаз, окинувший Изабеллу с головы до ног и решивший, что ей можно доверять.
Затем дверь открылась шире, чтобы мы могли пройти.
Внутри было темно, как и в комнате Майкла Фромли. И грязно — кровать была не застелена, бельё засалено, а в раковине высилась гора посуды. И всю комнату заполнял запах мочи из ночного горшка.
Я осмотрелся и заметил выцветшие розовые обои, отклеившиеся от стены. Эта квартира была самой неопрятной из всех, что я видел.
Впустив нас, Клара Мерфи отошла к единственному в комнате креслу — простой деревянной качалке — и осторожно опустилась в него. Мы с Изабеллой одновременно заметили её раны, но Изабелла среагировала первой.
— Мисс Мерфи, вы ужасно ранены! — воскликнула она. — Вам надо срочно посетить доктора.
Клара Мерфи явно опешила от этой идеи. И когда она поняла, что Изабелла настроена серьёзно, то резко отказала ей.
Но она не приняла в расчёт настойчивость Изабеллы.
— По крайней мере, позвольте нам пригласить медсестру прямо сюда.
— Спасибо, но я буду в порядке, — снова отказалась Клара, говоря невнятно из-за отёкших губ. — Мне просто надо отдохнуть, — слабо добавила она.
Я не сомневался, что это так, потому что выглядела она так, словно не спала несколько дней. Да и не ела столько же, если судить по разбитому лицу и синякам на нижней челюсти.
Когда мои глаза приспособились к сумраку в комнате, я разглядел и другие её травмы. Лицо Клары покрывали многочисленные порезы и синяки; левая рука безвольно свисала вдоль тела, и я предположил, что она сломана; клок волос с левой стороны был вырван; а по той осторожности, с которой она опускалась в кресло, я мог сказать, что под одеждой кроется ещё очень много повреждений.
Она служила живым свидетельством чрезвычайной жестокости, на которую был способен Майкл Фромли.
— Мисс Мерфи, — продолжила Изабелла, — мой друг работает в полиции. Вы позволите детективу Зилю позвонить в местное отделение полиции? Они помогут вам выдвинуть обвинения против того, кто это с вами сделал.
Сара хрипло рассмеялась.
— Мисс, — произнесла она, — я осознаю ваши благие намерения, но вам лучше прекратить. Не обращайте внимания на мои раны. И забудьте про полицию. Никто не послушает, что скажет такая, как я. Так о чём вы пришли со мной поговорить?
Хоть мне и стыдно было признавать, она была права. Ресурсы полиции были ограничены, и жалобам женщин, подобных Кларе Мерфи, уделялось мало внимания.
«Слишком долго околачивалась в плохой компании», — вот что сказали бы большинство офицеров. В основе их заявлений лежала уверенность, что истинная леди не может попасть в беду.
Но никто не заслуживает такого обращения, как Клара Мерфи, и я решил пригласить к ней медсестру и разносчика еды, как только мы закончим разговор. И не посмотрю на её возражения.
Если ничего не сделать, её рука всю оставшуюся жизнь будет причинять ей беспокойство. Ей нужна немедленная помощь. И квалифицированная. Мне ли не знать.
Почувствовав, что она хочет быстрее от нас избавиться, я задал вопрос.
— Мы не задержим вас надолго, мисс Мерфи, поэтому я перейду сразу к делу. Что вы можете рассказать нам о Майкле Фромли?
Клара побледнела, но ответ её был чётким.
— Ну, он — именно тот человек, что сотворил это со мной, — она обвела здоровой рукой и так очевидные ранения.
Возможно, мне надо было выразить какое-то сочувствие, но если честно, всё, что я мог — это сосредоточиться на опросе, потому что запах в комнате был просто ужасный.
Наверно, Изабелла думала так же. Она спросила:
— Мисс Мерфи, могу ли открыть на пару минут окно? Свежий воздух пойдёт вам на пользу.
Клара с сомнением на неё посмотрела.
— На дворе ноябрь. Там холодно.
— Да, но солнце яркое. Мы только чуть приоткроем окно, к тому же, ненадолго, — Изабелла пошла на компромисс и добилась согласия Клары. Я облегчённо вдохнул залетевший в комнату свежий воздух.
— Мы ищем Майкла Фромли в связи с недавним убийством, — произнёс я. — Мы так понимаем, вы были с ним знакомы.
Она посмотрел на меня без эмоций, и на мгновение мне показалось, что она меня не слышит. Но она заговорила снова:
— Не расскажете, кого он убил?
— Мы считаем, что он убил молодую девушку к северу от Нью-Йорка, — осторожно сказал я.
— Он её резал?
— Неоднократно. Официальная причина смерти — резаная рана горла, но на теле есть и другие множественные раны.
Я надеялся, что больше она не станет расспрашивать. Я обычно не раскрывал деталей происшествия потенциальным свидетелям. И сейчас чувствовал, что если поделюсь с ней некоторой информацией, то она охотней станет с нами сотрудничать.
Клара серьёзно задумалась.
— Мерзкое животное, — наконец выдохнула она. Мы просто ждали, когда она соберётся с силами.
И Клара начала объяснять.
