«…Просите, и дано будет вам; ищите и найдёте; стучите, и отворят вам…» – говорится в Евангелии от Матфея.
В нужде нет ничего постыдного. Она значит только то, что сердце горит желанием, а помыслы направлены на созидание.
На той неделе было два года проекту «Кронштадт. Остров фортов». Два года мы живём историей Военно-морского флота и идеями, связующими прошлое города с его будущим.
Если опустить банальные, модные разговоры «о комплексном развитии территории» и обратиться к метафизической анатомии проекта, понятно одно: этот проект – про смирение и умение просить. Просить ежедневно, везде, у всех: у федералов – помощи Питеру и фортам; у Санкт-Петербурга – помощи Кронштадту, новых дорог и парковок; у инвесторов – денег на реализацию концепции. А у святых Иоанна Кронштадтского и Ксении Петербургской – сил, ума и терпения.
Просить, несмотря на «не положено», «не предусмотрено», через «многие до вас брались, и где они»… Просить решений, встреч, часами высиживая в приёмных, неделями ожидая подтверждённых встреч. Просить вопреки самолюбию и иногда даже здравому смыслу. Просить то, что положено, как исключительное, убеждая всех и каждого в очевидном.
Просить, учиться просить правильно… Просить убедительно, просить, выкладываясь эмоционально. Просить, на каждом шагу убеждаясь в том, что ещё многое можно сделать, когда «уже ничего сделать нельзя».
Просить, «ибо нужду имеем…»
Открою вам сегодня маленький новогодний секретик.
Сказку про волшебный «Цветик-семицветик» помните, когда каждый оторванный лепесток исполнял желания?
Так вот. Когда-то давно, в детстве, под Новый год, не дождавшись ни Деда Мороза, ни Аладдина с волшебной лампой, ни даже какого-нибудь завалящего оленя с золотыми рогами (про родителей молчу, от них пользы в части волшебства ждать не приходилось, это я сразу поняла), я придумала свою интерпретацию этой сказки и рецепт исполнения желаний. Берём со стола мандаринку. Под шкуркой у неё – сочная живая душа Нового года. Отделяем по дольке, кладём в рот, загадываем желание, надавливаем, и – оп-пааа! – всё сбудется…
Попробуйте. Витамин С ещё никому не вредил.
Иногда так происходит в жизни, что папа – больше чем папа. Он больше роли, отведённой ему природой и людьми. Он – часть тебя самой: твоя группа крови, твой характер, твоя усмешка. И закись азота в крови от него, и этот взгляд, от которого у напротив сидящего холодок по спине.
Он – твоё зеркало в будущее. Твой ориентир. Ты живёшь с оглядкой: что скажет, как оценит, похвалит или, наоборот, «прилетит» – мало не покажется. Каждый звонок – жим-жим. Единственный, от ссоры с которым трясёт и подло подергивается нижняя губа.
А потом он уходит. И нет никого, кто бы сверху вниз мог спустить зычным голосом команду: «Галёрка, не спать! Не расслабляться!»
Нет того, кто в критические моменты может крепко обнять и сказать: «Забей! Вот возьми и забей! Фигня это всё, редкая».
– Что фигня?
– Всё – фигня.
Семь лет как нет папы.
Иногда мне кажется, что весь этот бег в колесе – просто чтобы скоротать время и было чем поделиться при встрече…
Точно знаю, за что «прилетит» даже там… Люблю тебя… Помяните раба Божьего Валерия.
Всё, что я делаю, – по-настоящему сложно.
Работаю – всегда. Теперь – больше.
Обязательств – гора.
Отцепить вагончики? Кто рискнет благословить?
Мне нужно одно – чтобы мама знала, что нет нерешаемых вопросов, чтобы папа, «там», гордился, чтобы бабушка не считала, насколько подорожала любимая дальневосточная селёдка в магазине и не боялась лишний раз сходить к платному врачу. Мне нужно, чтобы близкие ни в чём не нуждались, чтобы они замечали радугу на небе, если у меня на это времени не хватает…
А вино, которое люблю я, стоит всего 733 рубля, в магазине напротив дома. Единственном, который работает допоздна…
И, наверное, так уже будет всегда…
В последнее время ловлю себя на мысли: мне стало казаться, что этот фильм без хеппи-энда, да. Но я с удовольствием досмотрю его до конца…
Вы замечали, что зимой много мыслей? От холода всё сжимается, как будто готовится к чему-то самому важному. К новой жизни.
Все кидаются подводить какие-то итоги. Планы писать. Обещают себе похудеть, начать много читать, пойти к стоматологу, чаще навещать родителей. Белее снега все! На прикроватной тумбочке лампу включать не надо: можно читать в свете собственного нимба. И, кажется, теперь мы взрослые, степенные и умные, и так будет всегда.
Но приходит весна, а с ней куражное ощущение, что впереди вся жизнь и мы ещё познакомились не со всеми граблями, не по всем канавкам повалялись. Мне, веснорождённой, это чувство приходится переживать вдвойне сильнее…
Итоги ПМЭФ, говорите. Ну, итоги так итоги.
