Манагеров из бизнеса и консалтинга с их любимыми смузи и бизнесовыми «лайфхаками» можно помещать в «оупенспейсы» и даже назначать на должности, зачастую игнорируя основные квалификационные требования, прописанные в законе о госслужбе, но для начала всё-таки «прошивку» надо поменять.
Не любите слово «идеология», передёргивает от слова «патриотизм»? Замените на более мягкую, рукопожатную формулировку, например, на «ДНК государственности».
Но без формирования ценностного блока эти «эффективные и креативные достигаторы» будут подписывать NDA между ведомствами и «рулить» только то, что может привести их к успеху в своей пищевой цепочке.
За этими модными понятиями можно легко «выплеснуть ребёночка вместе с водой».
Извините, Герман Оскарович, сознательно или нет, но упущен главный элемент – необходимость формирования новой системы ценностей, условий, в которых те самые deep people примут решение «служить» в интересах государства. А создавать чаты в WhatsApp вместо рабочих групп и хранить пээрки в «облаке» много ума не надо.
Пешком с Печатникова до Сивцева Вражка.
Рынок, бульвар, переход. Слепой мальчик идёт с мамой и палкой прощупывает дорогу. Бывшее здание казино «Шангри-Ла» перестало бурлить страстями и мирно пыхтит кальянами «Чайханы». Иностранцы взахлёб пьют чай в кафе «Пушкинъ» и ёжатся с сигаретой у дверей…
Справа, на обочине, смирно стоят машинки разных мастей. Москва быстро привыкла платить штрафы даже за платные парковки…
– Катюш, сегодня не пойдём, ты ж без шапки!
– Да похер!
– Не ругайся!
– Я не ругаюсь, я папу цитирую.
Мама с дочкой лет 13. Около ТАСС…
Количество надменных лиц увеличивается ближе к Бронной. Странно. Думала, новая эра кроссовок, толстовок и кофе в стаканчиках вытравит эту дурную привычку. Появилось желание компенсировать это улыбкой в Мир…
Мальчик лет пяти тыкает в каждую машину: «Это Тесла?
А это Тесла? А это?», доводя маму до бешенства. Он просто пытается вычленить ЕЁ, найти в этом городе что-то, что зацепило его сознание…
На Гоголевском пара, обоим где-то по сорок, целуются, сидя на лавочке. Он не выпускает пакет из рук.
Крепко так держит. Почему-то пришло в голову, что зря она морозится на этой лавочке…
Сивцев Вражек, любимый цветочный магазин, где рождаются самые красивые воскресные букеты для мамы…
И вот я дома.
Господи, пусть так будет всегда… Я желаю всем, чтобы вас любили и ждали… Чтобы у каждого был дом, а в доме – Любовь…
Дверь закрыта неплотно. Узкая полоска света от включённого светильника в коридоре падает на пол.
Родители всегда оставляли маленькую щёлку в двери.
Я так легче засыпала или им было так удобнее присматривать за мной – уже никто не вспомнит, да и неважно.
Так было всегда.
Утро. Воскресенье. Зима. Выпал снег. Папа отчаянно сопротивляется, но под маминым натиском сдаётся и ворча выносит ковры, чтобы выбить пыль, почистить снежком. А я притворяюсь, что сплю, чтобы не заставили идти «дышать свежим воздухом».
Вечер. Будни. Осень. Работает телевизор, родители что-то живо обсуждают на кухне. Завтра первый урок – математика. Настроение – соответствующее. Портфель собран, пенал, сменка. Колупаю пальцем обои… Засыпаю.
Ранее утро. Суббота. Середина апреля. Просыпаюсь от запаха свежих шанежек. Жареное счастье с горячим какао. Мама готовит завтрак, впереди два выходных дня.
Накануне ко дню рождения купили в «Детском мире» настоящий дом для Барби. Стоит в коробке, запакованный, ждёт заветной даты. Счастье переполняет, и я вскакиваю, лёгкая, как воздушный шарик.
Много лет спустя, возвращаясь поздно с работы, зажигаю свет в большой комнате, ставлю чайник, включаю телевизор, радио, свет в ванной… И, прикрывая дверь спальни, оставляю маленькую щёлочку.
Окошко в тот мир, где папа, сидя на полу и прислонившись спиной к дивану, смотрит вечером футбол…
«Москва, по ком звонят твои колокола?..»
Ушёл человек-эпоха. Мэр Москвы. Государственный державник. Были плюсы и минусы. Он был человеком своего времени. И не самым плохим. Ушёл относительно легко в свои 83, и пусть земля ему будет пухом.
Его уход натолкнул на мысль, которая давно крутилась у меня в голове, не давая покоя.
У нас увольняют по-скотски. С особой эмоциональностью. С особой злобой. С особой жестокостью.
Особенно это касается госслужбы. Данное явление там носит массовый характер.
Увольнение – как уничтожение.
Увольнение за месяц до пенсии чиновника, который двадцать лет проработал на этом месте; увольнение в день 50-летия; массовые увольнения под Новый год, когда люди уверены, что общее совещание будет посвящено праздничным поздравлениям; звонки потенциальным работодателям с угрозами в случае принятия на работу, травля, бесчестное обнуление всех успехов… Всё это без объяснения причин, с использованием ложных поводов.
