– Блестяще, Бэзил, – улыбнулся генерал. – Знал, что ты нас не посрамишь.
– Послушайте, – произнес другой генерал, – я в курсе, что у этого парня репутация балагура, но нас ждет серьезная работа. Быть может, фривольность уместна в офицерском клубе, но уж точно не здесь. В этом кабинете обсуждаются проблемы военного характера, так что, джентльмены, предлагаю настроиться на подобающий лад.
Разговор происходил глубоко под землей, в просторном, но спартански обставленном зале для совещаний. Несколько тусклых ламп толком освещали лишь карту Европы на стене. Вокруг стола хватило бы места для дюжины генералов, но сейчас напротив Бэзила сидели только трое (причем один был адмиралом) и гражданский. Как на устных выпускных экзаменах в колледже Магдалины… которые Бэзил не удосужился посетить.
Зал для совещаний располагался под улицей Уайтхолл, прямо под казначейством. К нему примыкал целый подземный комплекс: управления транспортной и других служб, узел связи, спальные помещения и столовые. И не было в воюющей Британии сооружений, настолько же секретных и настолько же заслуживающих совсем не метафорического названия «логово». Над ним бы вулкану стоять, а не огромному административному зданию. Здесь мог бы поселиться премьер-министр со всем своим персоналом; отсюда он мог бы посылать на смерть тысячи, чтобы спасти десятки тысяч. Но это в теории. Что до практики, пока здесь успел поселиться лишь тяжелый запах сигар.
– Мой дорогой сэр, – сказал генерал, с которым Бэзил обсуждал свои алкогольные привычки, генералу, который их не одобрял, – капитан Сент-Флориан столько раз лез под пули ради короны и страны, что, безусловно, имеет право задать тон нашей сегодняшней встрече, после которой с большой долей вероятности последуют новые выстрелы в его направлении. По части дырок в шкуре вам с ним не сравниться, если только вы не пережили хотя бы первый день на Сомме.
Строгий генерал что-то проворчал, но Бэзил даже не попытался расслышать его. Когда понимаешь, что обречен, едва ли будешь интересоваться мнением тех, кто тебя обрек, о твоей ничтожной персоне.
Взъевшийся на Бэзила генерал повернулся к нему, и было видно, что этот джентльмен сменил гнев на милость. Сэр Колин Габбинс возглавлял подразделение, к которому принадлежал Бэзил и которое скучно именовалось Управлением специальных операций. Его задачей было «поджечь Европу» – именно это выражение использовал премьер-министр, когда назначал Габбинса на должность. Генералу досталась организация из тех, что охотно пригласила бы в свои ряды Джека-потрошителя, не обделив его наградами и даже, быть может, карьерным ростом. Она предназначалась главным образом для уничтожения людей, населенных пунктов, инфраструктурных объектов – всего, что можно уничтожить. Пока было неясно, что это – временное применение методов, негодных в иных обстоятельствах, или расчетливая долгосрочная стратегия. Этот вопрос предстояло решить в ходе серьезных дебатов с другими разведывательными службами, одну из которых представлял генерал сухопутных войск, а другую – флотский адмирал.
Но что тут делает штатский? Как говорится, вопрос на засыпку. Он на добрых тридцать лет моложе и генералов, и адмирала и не обладает в отличие от них будьдожьей челюстью и властной миной. Довольно симпатичный парень, но не сказать, что брутальный типаж; в «Пигмалионе» мог бы претендовать лишь на роль Фредди[51]. В отличие от высокого начальства не обзавелся привычкой командовать. Тем не менее он здесь, хомо сапиенс среди неандертальцев, и, похоже, неандертальцы с ним мало-мальски считаются.
«Кто же ты, дьявол тебя побери?» – гадал Бэзил.
А впрочем, рано или поздно это выяснится.
– Все мы видели послужной список капитана Сент-Флориана, хоть там и стоит гриф «совершенно секретно». Капитан – один из самых способных наших агентов. Если задача выполнима в принципе, то она поручается таким, как он. Прежде чем мы продолжим, следует объяснить капитану общую суть проблемы.
– Сент-Флориан? – произнес адмирал. – Кажется, я помню эту фамилию по крикетным матчам. Не вы ли тот известный бьющий из конца двадцатых?
– Играл за Итон и Магдалину, – ответил Бэзил. – Приятно вспомнить несколько удачных иннингов[52].
– Да, вам есть чем гордиться, – кивнул адмирал. – Я всегда считал, что лучшие агенты получаются из спортсменов. Командные игры развивают напористость, скорость реакции, живость ума и решительность.
– Смею надеяться, – сказал генерал, – что на время операции вы оставите спортивную приверженность честной игре. Джерри обратят ее против вас, если вы дадите им такую возможность.
– Сэр, я убил китайского гангстера крикетной битой. Можно ли считать это ответом на ваш вопрос?
– Да, и убедительным ответом, – кивнул генерал. – Капитан, чем занимаются ваши родители?
– У отца есть фабрика, – ответил Бэзил. – Насколько я помню, что-то связанное с автомобилями.
– Как-то туманно.
– Да там сплошной туман. Уж я-то знаю – поработал на ней несколько месяцев. Но папе не понравилось, и мы расстались не очень хорошо. Я хотел исправиться, но он не дождался этого и умер.
