В её голове всё встало на свои места. Все правильно. Третий друг Гоши - это Алексей. Это он тогда плакал в деревянном доме. Это ужасно, когда плачут мужчины. Но ведь у него не стало дочки.... Марина содрогнулась, она сама теперь мама. Как такое пережить? Если что случится с Сашенькой... Нет! Этого не будет никогда... Прочь пошли подобные мысли! Не надо притягивать к себе негатив. "Да, неожиданный поворот событий", - подумала она и взглянула в окно. Алексей неподвижно сидел в беседке, обхватив голову руками, словно пытался сжать её изо всех сил.
-- Кажется, твоему другу очень плохо? - сказала Марина вслух.
-- Пойду к нему, - встал Тимофей. - Плохо ему.
-- Иди, Тима! - грустно улыбнулась Ирина. - Иди. Поговорите. Отвлеки его от прошлого, а я с Мариной поговорю...
Он вышел. Ирина не произнесла ни звука. Марина обратилась к молчащей подруге:
-- Ты меня осуждаешь за рождение Сашеньки?
Ирина, казалось, не поняла вопроса или ждала каких-то других слов, поэтому ответила не сразу:
-- Ну что ты, как можно осуждать за любовь к детям, особенно мне. Ведь Бог меня лишил возможности рожать самой, - тут же резко, без перехода спросила: - Алексей - отец ребёнка? Это он отец Сашеньки?
Она кивнула в окно и, не отрывая взора, смотрела прямо в глаза женщины с ребенком на руках. Марина вздрогнула, прижала Сашеньку к себе:
-- Он,- еле слышно выдохнула она, и тут же произнесла с вызовом. - Что? Удивила?
В её голосе слышалась непримиримость. Она никому не позволит осуждать её действия. Сашенька - самое лучшее, что случилось в её жизни.
-- Удивила... - миролюбиво, но грустно протянула Ирина.
-- Я сама себя удивила... - также протянула и Марина.
-- Ты меня прости, - вдруг улыбнулась Ирина, - но когда вы успели? Ведь вы фактически незнакомы.
-- Мы просто незнакомы, - констатировала Марина.
Тимофей подошёл к другу, присел рядом. Алексей глухо, не разжимая рук и не поднимая головы, сказал:
-- Извини, сам не знаю, что нашло, теперь всё в порядке, иди в дом. Я скоро приду. Просто увидел похожего ребенка...
-- Да не надо извинений... - начал, было, Тимофей. - Вечно с Маринкой что-то не так... За это, наверно, её Гошка любил... Вот и Сашенька....
-- Иди,- резко прервал его друг. - Я справлюсь! Я приду к вам....
Тимофей вернулся в дом. Женщины при его появлении замолчали.
-- Как там Алексей? - спросила Ирина.
-- Не знаю, - ответил муж, - но, скорее всего, неважно. Прогнал меня... Вот так,- продолжил он, - вроде бы успокоился мужик, и тут...
Он не закончил. Марина стала одевать Сашеньку.
-- Ты куда? - всполошился Тимофей.- Не уходи, я не хотел тебя обидеть, ты тут ни при чём, хотя и с тобой не соскучишься.
-- Я к нему, - Марина кивнула головой в сторону окна. - Я не обиделась.
-- Зачем? Не ходи туда! И так Лешке не по себе, для чего ещё напоминать. Хоть Сашу не бери... Что травить сердце мужику...
-- Я хочу помочь, - медленно и раздельно сказала Марина и, помолчав, добавила. - Человеку плохо, нельзя быть одному, я попробую помочь. Попробую сказать правду. Это должно помочь.
-- Чего ещё сказать, какую правду?
-- Ирина тебе всё объяснит.
-- Чего объяснит, я что-то пропустил? Ты куда? Не ходи к Лешке!
Марина вышла и пошла медленно к беседке.
-- Правильно ли я делаю? А вдруг он не поймёт, или ещё хуже, предъявит какие-либо претензии, - эти и множество других мыслей роем неслись в голове молодой женщины.
А Тимофей тем временем медленно переваривал сообщение жены о том, что Сашенька - сын Алексея, сначала он вообще ничего не понимал, потом спросил:
-- А когда они успели встретиться? Они даже толком незнакомы. Лешка говорил, что только во время похорон её видел. И все! Где они встретились?
-- Не знаю! Марина не сказала.
-- Ну Маринка. Чего хочешь, того и жди. Правильно говорил Гошка: на ней клином свет сошелся, всюду успевает, все знает. И все мы тоже хороши... - потом добавил: - А я хотел их сосватать, чего теперь делать? Надо же, незнакомы, а сына родили! Ну Маринка! Это надо уметь. Что еще тебе Маринка сказала?
Ира устало засмеялась и ответила:
-- Отстань, я сама ничего не понимаю и не знаю. Пойду посмотрю, чем заняты дети. Что-то там тихо.
Тимофей посмотрел в окно. Марина медленно шла по дорожке, прижимая к себе малыша. Почему-то вдруг стало жаль её. Вот она вошла в беседку, что-то говорит, Алексей поднял голову, улыбнулся, женщина что-то сказала и дала ему в руки ребёнка. Лицо друга просветлело.
